Мезотелиома плевры, брюшины и других локализаций

Документ
Клинические рекомендации Минздрава России (ID 497_2, версия 2)

Источник
Рубрикатор клинических рекомендаций Минздрава России

Утверждение
Одобрено Научно-практическим советом Минздрава России

Возрастная категория
Взрослые

Кодирование по МКБ-10
C38.4 — Плевры
C45 — Мезотелиома
D20.1 — Брюшины
D38.2 — Плевры
D48.4 — Брюшины

Опубликовано в рубрикаторе
26.05.2025

Разработчики
Ассоциация онкологов России
Общероссийская общественная организация «Российское общество клинической онкологии»

Сокращения:
# – препарат, применяющийся не в соответствии с показаниями к применению и противопоказаниями, способами применения и дозами, содержащимися в инструкции по применению лекарственного препарата (офф-лейбл)
** – жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты
AJCC – American Joint Committee on Cancer
AUC – площадь под фармакокинетической прямой для расчета дозы карбоплатина**
ECOG – Восточная объединенная группа онкологов

PD-L1- лиганд 1 типа к мембранному белку запрограммированной клеточной смерти

АФП – альфа-фетопротеин

ВБП – выживаемость без прогрессирования

ВОЗ – Всемирная организация здравоохранения

ДЛТ – дистанционная лучевая терапия

ИГХ – иммуногистохимия

ИТ– иммунотерапия

КТ – компьютерная томография

МП – мезотелиома плевры

МБ – мезотелиома брюшины

МРТ – магнитно-резонансная томография

ОВ – общая выживаемость

мОВ – медиана общей выживаемости

ПЭТ-КТ – позитронная эмиссионная томография, совмещенная с компьютерной томографией с туморотропными РФП

ЭПП – экстраплевральная пневмонэктоми

Плевроцентез – это пункция плевральной полости.

Плевродез – это облитерация плевральной полости.

Лапароцентез – это малоинвазивная лечебно-диагностическая хирургическая манипуляция в виде пункции и дренирования брюшной полости с эвакуацией жидкости из неё (Дренирование брюшной полости под контролем ультразвукового исследования).

Мезотелиома – эпителиальная злокачественная опухоль, развивающаяся из мезотелиальных клеток, выстилающих естественные полости организма и характеризующаяся поражением париетальной, висцеральной плевры, брюшины, перикарда и оболочек яичка.

Чаще встречается поражение плевры (80–90%), на втором месте — поражение брюшины (15–20%), а мезотелиома перикарда и оболочек яичка составляет не более 1% [1]. В этиологии мезотелиомы плевры (далее – МП) основную роль играет контакт с асбестом. Риск развития МП в 300 раз чаще лиц, контактирующих с асбестом. Латентный период между первым контактом с асбестом и возникновением опухоли обычно составляет 30–40 лет. Наиболее часто заболевание диагностируется в возрасте 60–70 лет [2–4]. Также в литературе имеются указания на вирусную природу болезни (вирус SV-40), влияние ионизирующего излучения (описаны случаи развития мезотелиомы плевры через 20–30 лет после лучевой терапии лимфогранулематоза) и генетическую предрасположенность [5–8]. Для мезотелиомы других локализаций таких причинно-следственных связей не доказано.

Частота встречаемости заболевания мезотелиомой среди населения в разных регионах мира весьма неоднородна. В 2022 г в мире зарегистрировано 30 870 новых случаев [9]. Частота выявления мезотелиомы в США и Канаде отлична от Австралии, Франции и Великобритании, где количество заболевших значительно выше и продолжает увеличиваться [10–13]. В Европе частота возникновения МП составляет 18–20 случаев на миллион в год с большой территориальной вариацией. В Японии – 7 : 1 000 000 жителей в год. Пик заболеваемости ожидается в 2020–2025 гг. Мужчины болеют значительно чаще, соотношение полов составляет 6 : 1 [4]. В Российской Федерации вопросу эпидемиологии мезотелиом не уделяется должного внимания. Статистических данных по заболеваемости и смертности нет [14, 15].

По Международной классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем, 10-го пересмотра мезотелиома кодируется в соответствии с локализацией первичного поражения [16].

Мезотелиома (С45):
C45.0 – Мезотелиома плевры;
C45.1 – Мезотелиома брюшины;
C45.2 – Мезотелиома перикарда;
C45.7 – Мезотелиома других локализаций;
C45.9 – Мезотелиома неуточненная.

Злокачественные новообразования сердца, средостения и плевры (С38):
С38.4 – Злокачественное новобразование плевры

Новообразования неопределенного или неизвестного характера среднего уха, органов дыхания и грудной клетки (D38):

D38.2 – Новообразование неопределенного или неизвестного характера: плевры

Доброкачественное новообразование мягких тканей забрюшинного пространства и брюшины (В20):
D20.1 – Доброкачественное новообразование: брюшины

Новообразование неопределенного или неизвестного характера других и неуточненных локализаций (D48):

D48.4 – Новообразование неопределенного или неизвестного характера: брюшины

Комментарий: Поскольку мезотелиома это конкретный морфологический тип опухоли, то не всякое новообразование плевры и брюшины может быть кодировано С45. Новообразования могут иметь доброкачественный характер или иметь неизвестный/неуточненный злокачественный потенциал. К примеру, перитонеальная инклюзионная киста (ПИК) брюшины относится к опухолевоподобным заболеваниям (D20). Это доброкачественное кистозное образование брюшной полости или малого таза, возникающее в результате усиленной пролиферативной активности мезотелия. ПИК встречаются у женщин репродуктивного и пременопаузального возраста. Чаще всего лечением пациентов с ПИК занимаются хирурги общей практики и гинекологи. Поскольку ранее ПИК имела альтернативные названия, такие как доброкачественная мезотелиома брюшины, мультикистозная мезотелиома, заболевание расценивалось как злокачественная мезотелиома и ошибочно кодировалось как С45.1. ПИК не имеет злокачественного потенциала, но образование кист может носить рецидивирующий характер, поэтому пациентов направляют к онкологам. Отдельного алгоритма диагностики ПИК нет, так как диагноз устанавливается после получения морфологического заключения чаще всего случайно в процессе лечения по поводу любой иной хирургической патологии в брюшной полости. Именно поэтому лечение ПИК и рассматривается в этих рекомендациях.

Другие неуточненные новообразования плевры и брюшины, не классифицированные как мезотелоима, могут быть рассмотрены как в этих рекомендациях, так и в принципах лечения первичного рака брюшины или опухолей средостения, поскольку единой концепции их лечения нет.

Мезотелиома плевры имеет тенденцию к локорегионарному росту, чаще ограничиваясь гемитораксом. Рост мезотелиомы обычно медленный, поэтому симптомы появляются уже в поздней стадии заболевания. Часто в плевральной полости выявляется жидкость, что, как правило, является первой причиной обращения к врачу. Типичными симптомами болезни являются: одышка и боли на стороне поражения, реже встречаются кашель, осиплость голоса, синдром Горнера, синдром сдавления верхней полой вены. Заболевание не только распространяется на противоположную сторону грудной клетки, но и метастазирует в печень (31,9 %), почки и надпочечники (31 %), селезенку (10,8 %), щитовидную железу (6,9 %), головной мозг (3 %), кости (3 %) [19].

Для мезотелиомы брюшины характерны увеличение живота в объеме за счет асцита и болевой синдром в брюшной полости без четкой локализации, склонность к запорам.

Метастазы мезотелиомы брюшины могут обнаруживаться в регионарных лимфоузлах, легких, печени (чаще по капсуле), кишечнике, яичниках, головном мозге, костном мозге, перикарде и миокарде.

При мезотелиоме оболочек яичка на первый план выходит гидроцеле.

При мезотелиоме перикарда специфических симптомов нет, клиника схожа с хронической сердечной недостаточностью. Беспокоят потеря аппетита, общая слабость, тупые боли в грудной клетке, сухой кашель, анемия, повышение температуры тела, учащенное сердцебиение. Мезотелиома может локализоваться в перикарде или диффузно охватывать сердце. Опухоль может проникать в миокард, предсердия, коронарные пазухи, коронарные артерии и проводящую систему сердца. Может давать метастазы в регионарные лимфатические узлы и легкие (30-50%).

Критерии установления диагноза/состояния: патогномоничных симптомов нет.

Скрининговых программ для выявления мезотелиомы не существует. Диагностика мезотелиомы плевры сложная, особенно в плане дифференциального диагноза с метастазами рака молочной железы, легкого, почки, толстой кишки, яичников; с поражением плевры синовиальной саркомой. Мезотелиому брюшины необходимо дифференцировать с канцероматозом брюшины при раке яичников; мезотелиому оболочек яичка – с доброкачественным гидроцеле или герминогенными опухолями.

Рекомендуется у всех пациентов с подозрением на мезотелиому провести сбор анамнеза и жалоб с целью выявления этиологических факторов и факторов, которые могут повлиять на выбор тактики лечения. Сбор анамнеза при мезотелиоме не отличается от сбора анамнеза при других заболеваниях и соответсвует профессиональным стандартам специальностей по приказу Минздрава России от 07.10.2015 №700н (ред. от 11.10.2016) «О номенклатуре специальностей специалистов, имеющих высшее медицинское и фармацевтическое образование», в трудовые функции которых входят навыки общения с пациентами [19, 23, 136, 137].

Уровень убедительности рекомендаций C (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарии: Жалобы и анамнез описаны в разделе «клиническая картина»

Рекомендуется у всех пациентов с подозрением на мезотелиому проводить тщательное физикальное обследование, включающее пальпацию органов брюшной полости, аускультацию и перкуссию легких, осмотр наружных половых органов, пальпацию шейно-надключичных, подключичных, шейных, подмышечных и паховых лумфоузлов, согласно общим приципам диагностики внутренних болезней [138, 139, 140].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: особое внимание следует уделять внешнему виду пациентки во время осмотра и оценке состояния тяжести пациентки по версии ВОЗ/ECOG и/или шкале Карновского (Приложение Г2), оценке алиментарного статуса. Также необходимо обратить внимание на температуру тела, болевой синдром, наличие плеврита, асцита. Данные физикального обследования описаны в разделе «клиническая картина»

Рекомендуется всем пациентам выполнять общий (клинический) анализ крови развернутый как минимальный диагностический объем обследования с целью определения функциональных возможностей организма и выявления негативных явлений (например для диагностики анемии смешанного генеза, лейкоцитоза, тромбоцитоза) [20, 21, 22]

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 2)

Рекомендуется всем пациентам выполнять: анализ крови биохимический общетерапевтический, коагулограмму (ориентировочное исследование системы гемостаза) (характерна коагулопатия с повышенной свертываемостью) для исключения сопутствующей патологии и как минимальный диагностический объем обследования с целью определения функциональных возможностей организма [23, 24, 25, 26]

Уровень убедительности рекомендаций C (уровень достоверности доказательств – 4)

Комментарии : Для мезотелиомы оболочек яичка не характерно повышение лактатдегидрогеназы

Рекомендуется всем пациентам выполнять общий (клинический) анализ мочи для выявлений скрытых отклонений инфекционно-воспалительного характера, которые могут послужить поводом провести более тщательное обследование. Этот анализ входит в минимальный диагностический объем обследования [27, 28].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 4)

Рекомендуется всем пациентам выполнять определение уровня альфа-фетопротеина и исследование уровня хорионического гонадотропина (свободная бета-субъединица) в сыворотке крови для дифференциального диагноза с герминогенными опухолями и исследование уровня антигена аденогенных раков CA 125 в крови у женщин - с опухолями яичника [29, 30, 31, 32].

Уровень убедительности рекомендаций C (уровень достоверности доказательств – 4)

Комментарии : Характерно повышение опухолевого маркера CA-125. Для мезотелиомы оболочек яичка не характерно повышение альфа-фетопротеина и бета-хорионического гонадотропина человека.

Рекомендуется всем пациентам с подозрением на мезотелиому плевры/брюшины или других локализаций выполнить компьютерную томографию (КТ) органов грудной полости и брюшной полости с внутривенным болюсным контрастированием с целью определения распространенности опухолевого процесса, дифференциального диагноза, а также в процессе лечения для оценки эффективности проводимой терапии [33, 34, 35].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: Компьютерная томография – основной метод в диагностике и стадировании мезотелиомы плевры и мезотелиомы брюшины, обладающий высокой чувствительностью и специфичностью при оценке опухолевых изменений по плевре и в легком, плеврита. В то же время КТ обладает низкой чувствительностью и специфичностью в оценке статуса медиастинальных лимфатических узлов.

Проведение дополнительных методов обследования, таких как сцинтиграфия костей всего тела или магнитно-резонансная томография с контрастированием (выбор зависит от локализации патологического очага и клинических проявлений) рекомендуется при наличии жалоб у пациента или при I-III стадии болезни для исключения отдаленных метастазов перед операцией. Так же МРТ сердца с контрастированием является информативным в диагностике поражения перикарда и миокарда [36, 37, 38, 39, 40].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 4)

Комментарии: Магнитно-резонансная томография с контрастированием является методом уточняющей диагностики при оценке местного распространения опухоли. КТ органов грудной полости с в/в болюсным контрастированием и МРТ органов грудной клетки с в/в контрастированием играют важную роль в оценке распространенности опухоли по диафрагме, средостению, верхней части грудной клетки. При неинвазивной стадии очень трудно провести различия между Т1 и Т2.

Рекомендуется проведение ПЭТ-КТ с флудезоксиглюкозой [18F] в диагностике поражения плевры и в качестве контроля после проведенного лечения [41, 42].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 2)

Для точного определения гистологического типа опухоли необходимо проведение патолого-анатомического исследования биопсийного (операционного) материала с применением иммуногистохимических методов.

Рекомендуется при выявлении поражения плевры выполнить торакоскопию с биопсией или при поражении брюшины – диагностическую лапароскопию с биопсией с обязательным патолого-анатомическим исследованием биопсийного (операционного) материала с применением иммуногистохимических методов (ИГХ) для морфологического подтверждения диагноза, определения гистотипа опухоли и выработки адекватной стратегии лечения [23, 42, 43, 44, 45].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: диагностическая торакоскопия является наиболее важным методом диагностики, позволяющим получить необходимое количество материала для последующего патолого-анатомического исследования биопсийного (операционного) материала с применением иммуногистохимических методов и визуально оценить характер изменений по плевре. Для мезотелиомы характерно наличие ряда маркеров. Позитивные маркеры: кальретинин, антиген WT-1, виментин, мезотелин, D2-40, негативные маркеры: TTF-1, клаудин-4, РЭА

По гистологической классификации ВОЗ (1999 г.) злокачественные мезотелиомы делятся на эпителиоидные (до 70 %), саркоматоидные (7–20 %) и смешанные (бифазные, 20–25 %) [46, 47].

Реабилитацию необходимо проводить ориентируясь на общие принципы реабилитации пациентов после проведенных хирургических вмешательств и/или химиотерапии.

Этапы реабилитации после хиругического лечения:

Первый этап реабилитации после хирургического лечения

Медицинская реабилитация пациента, перенесшего хиругическое лечение по поводу мезетелиомы, включает обезболивание, раннее энтеральное питание, отказ от рутинного применения зондов и дренажей, раннюю мобилизацию пациентов в 1-е сутки после операции [142].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 4)

Комментарий: представленная тактика снижает риск ранних послеоперационных осложнений, уменьшает длительность пребывания в стационаре. Ранняя мобилизация с эластической компрессии нижних конечностей способствует профилактике тромбоэмболических осложнений в послеоперационном периоде.

Второй этап реабилитации после хирургического лечения

Пациентам, перенесшим оперативные вмешательства по поводу мезетелиомы, рекомендуется адекватная физическая активность, проведение аэробных и анаэробных нагрузок, сочетание дыхательных статических и динамических упражнений с целью улучшения показателей внешнего дыхания, повышения общей физической работоспособности, расширения адаптивных возможностей организма, улучшения качества жизни пациентов [143].

Уровень убедительности рекомендаций B (уровень достоверности доказательств – 2)

Пациентам, перенесшим оперативные вмешательства по поводу мезетелиомы, рекомендуются регулярные занятия лечебной физкультурой, которая улучшает функцию внешнего дыхания, увеличивает выносливость, положительно влияет на психологический статус пациента, уменьшает выраженность тревожности и депрессии, слабости, болевого синдрома, улучшает настроение [144].

Уровень убедительности рекомендаций B (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: после комбинированного лечения пациенту рекомендована работа с медицинским психологом, проведение релаксации, методы когнитивно-поведенческой терапии снижают симптомы депрессии и тревоги.

Третий этап реабилитации после хирургического лечения

Пациентам после комбинированного лечения мезетелиомы рекомендуется вести активный образ жизни с возможностью достижения компенсированного функционального состояния, социальной адаптации и предотвращения формирования хронического стрессорного состояния [145].

Уровень убедительности рекомендаций B (уровень достоверности доказательств – 3)

Комментарии: Лечебная физкультура и адекватная физическая активность приводят к уменьшению слабости, повышением мобильности пациента, снижают уровень депрессии, улучшают качество жизни и являются профилактикой сердечно-сосудистых и легочных осложнени. Применение методик аудиовизуальной релаксации уменьшает выраженность болевого синдрома, усталости, тревожности, улучшает качество жизни и социальную адаптацию пациента.

Реабилитация при химиотерапии

Пациентам, с переферической полинейропатией после ХТ, рекомендуется проведение сеансов акупунктуры, которая увеличивает уровни ИЛ-2, CD3+ и CD4+, уменьшает супрессию костного мозга, а также снижает слабость и тошноту, улучшает показатели качества жизни [146].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 2)

При возникновении индуцированной ХТ полинейропатии пациентам рекомендуется выполнять физические упражнения, практиковать лечение ходьбой с целью контроля клинических проявлений полинейропатии [147].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 3)

Комментарий: выполнение упражнений на тренировку баланса эффективны для коррекции полинейропатии, чем сочетание упражнений на выносливость и силовых упражнений; регулярное выполнение с пациентом лечебной физкультуры на фоне ХТ снижает частоту развития кардиальных осложнений.

В комплексном лечении периферической полинейропатии на фоне ХТ пациентам рекомендуется применение по показаниям физиотерапевтических методов лечения: низкоинтенсивной лазеротерапии (внутривенное облучение крови), общей магнитотерапии, чрескожной короткоимпульсной электростимуляции (ЧЭНС) [120, 147].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 3)

Для профилактики мукозита полости рта на фоне ХТ пациентам рекомендуется проведение гипотермии локальной [148].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 1)

Специфических профилактических мер не существует.

Для обеспечения безопасности на производстве при работе с асбестом применяются нормативные требования и стандарты, применяемые в условиях повышенного содержания пыли. Эти правила регламентируют методы контроля пыли, устанавливают допустимые уровни её концентрации и предписывают использование определённых мер защиты. Как международные, так и российские стандарты обеспечивают защиту сотрудников, оборудования и окружающей среды от негативного воздействия асбестсодержащей пыли. При работе на асбестдобывающих предприятиях соблюдаются меры индивидуальной защиты от пыли согласно СанПин РФ 2.2.3.757-99 Работа с асбестом. [121].

После проведенного лечения согласно общим принципам проведения онкологического компонента диспансеризации проходить активное динамическое наблюдение с целью выявления ранних признаков прогрессирования заболевания/рецидива: 1-й год – каждые 3 мес, 2-й год – каждые 6 мес с проведением инструментальных исследований [122].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарии: проводятся следующие диагностические исследования:

Компьютерная томография органов грудной полости, компьютерная томография органов малого таза у женщин и компьютерная томография органов таза у мужчин (в зависимости от локализации первичной опухоли и метастазов);
Ультразвуковое исследование органов брюшной полости (комплексное) и ультразвуковое исследование лимфатических узлов (одна анатомическая зона);
Регистрация электрокардиограммы + эхокардиографии при поражении перикарда.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи в рамках клинической апробации, в соответствии с Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», организуется и оказывается:

в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным Федеральным органом исполнительной власти;
в соответствии с порядком оказания помощи по профилю «онкология», обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;
на основе настоящих клинических рекомендаций;
с учетом стандартов медицинской помощи, утвержденных уполномоченным Федеральным органом исполнительной власти.

Первичная специализированная медико-санитарная помощь оказывается врачом-онкологом и иными врачами-специалистами в центре амбулаторной онкологической помощи либо в первичном онкологическом кабинете, поликлиническом отделении онкологического диспансера (онкологической больницы).

При подозрении или выявлении у пациента онкологического заболевания врачи-терапевты, врачи-терапевты участковые, врачи общей практики (семейные врачи), врачи-специалисты, средние медицинские работники в установленном порядке направляют пациента на консультацию в центр амбулаторной онкологической помощи либо в первичный онкологический кабинет, поликлиническое отделение онкологического диспансера (онкологической больницы) для оказания ему первичной специализированной медико-санитарной помощи.

Консультация в центре амбулаторной онкологической помощи либо в первичном онкологическом кабинете, поликлиническом отделении онкологического диспансера (онкологической больницы) должна быть проведена не позднее 5 рабочих дней с даты выдачи направления на консультацию. Врач-онколог центра амбулаторной онкологической помощи (в случае отсутствия центра амбулаторной онкологической помощи врач-онколог первичного онкологического кабинета или поликлинического отделения онкологического диспансера (онкологической больницы организует взятие биопсийного (операционного) материала, а также организует выполнение иных диагностических исследований, необходимых для установления диагноза, включая распространенность онкологического процесса и стадию заболевания.

В случае невозможности проведения в медицинской организации, в составе которой организован центр амбулаторной онкологической помощи (первичный онкологический кабинет, биопсии плевры или брюшины, проведения иных диагностических исследований, пациент направляется лечащим врачом в онкологический диспансер (онкологическую больницу) или в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь пациентам с онкологическими заболеваниями.

Срок выполнения патологоанатомических исследований, необходимых для гистологической верификации злокачественных новообразований не должен превышать 15 рабочих дней с даты поступления биопсийного (операционного) материала в патологоанатомическое бюро (отделение).

Сроки проведения диагностических инструментальных и лабораторных исследований в случае подозрения на онкологическое заболевание не должны превышать сроков, установленных в программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, утверждаемой Правительством Российской Федерации.

Диагноз онкологического заболевания устанавливается врачом-онкологом, а при злокачественных новообразованиях лимфоидной, кроветворной и родственных им тканей, входящих в рубрики МКБ-10 С81-С96, также врачом-гематологом.

Врач-онколог центра амбулаторной онкологической помощи (первичного онкологического кабинета) направляет пациента в онкологический диспансер (онкологическую больницу) или иную медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь пациентам с онкологическими заболеваниями, в том числе подведомственную федеральному органу исполнительной власти (далее – федеральная медицинская организация), для уточнения диагноза (в случае невозможности установления диагноза, включая распространенность онкологического процесса и стадию заболевания), определения тактики лечения, а также в случае наличия медицинских показаний для оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи.

При онкологических заболеваниях, входящих в рубрики С37, C38, C40–C41, C45–C49, С58, D39, C62, C69–C70, С72, C74 МКБ-10, а также соответствующих кодам международной классификации болезней – онкология (МКБ-О), 3 издания 8936, 906-909, 8247/3, 8013/3, 8240/3, 8244/3, 8246/3, 8249/3 врач-онколог онкологического диспансера (онкологической больницы) или иной медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь пациентам с онкологическими заболеваниями, для определения лечебной тактики организует проведение консультации или консилиума врачей, в том числе с применением телемедицинских технологий, в федеральных государственных бюджетных учреждениях, подведомственных Министерству здравоохранения Российской Федерации, оказывающих медицинскую помощь (далее в целях настоящего Порядка – национальные медицинские исследовательские центры).

В сложных клинических случаях для уточнения диагноза (в случае невозможности установления диагноза, включая распространенность онкологического процесса и стадию заболевания) в целях проведения оценки, интерпретации и описания результатов врач-онколог организует направление:

цифровых изображений, полученных по результатам патоморфологических исследований, в патолого-анатомическое бюро (отделение) четвертой группы (референс-центр) путем информационного взаимодействия, в том числе с применением телемедицинских технологий при дистанционном взаимодействии медицинских работников между собой;
цифровых изображений, полученных по результатам лучевых методов исследований, в дистанционный консультативный центр лучевой диагностики, путем информационного взаимодействия, в том числе с применением телемедицинских технологий при дистанционном взаимодействии медицинских работников между собой;
Патолого-анатомическое исследование биопсийного (операционного) материала тканей плевры с применением иммуногистохимических методов, и молекулярно-генетических исследований: в патолого-анатомическое бюро (отделение) четвертой группы (референс-центр), а также в молекулярно-генетические лаборатории для проведения молекулярно-генетических исследований.

Тактика лечения устанавливается консилиумом врачей, включающим врачей-онкологов, врача-радиотерапевта, врача-нейрохирурга (при опухолях нервной системы) медицинской организации, в составе которой имеются отделения хирургических методов лечения злокачественных новообразований, противоопухолевой лекарственной терапии, радиотерапии (далее – онкологический консилиум), в том числе онкологическим консилиумом, проведенным с применением телемедицинских технологий, с привлечением при необходимости других врачей-специалистов.

Диспансерное наблюдение врача-онколога за пациентом с выявленным онкологическим заболеванием устанавливается и осуществляется в соответствии с порядком диспансерного наблюдения за взрослыми с онкологическими заболеваниями.

С целью учета информация о впервые выявленном случае онкологического заболевания направляется в течение 3 рабочих дней врачом-онкологом медицинской организации, в которой установлен соответствующий диагноз, в онкологический диспансер или организацию субъекта Российской Федерации, исполняющую функцию регистрации пациентов с впервые выявленном злокачественным новообразованием, в том числе с применением единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения.

Специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь взрослому населению при онкологических заболеваниях, оказывается по медицинским показаниям, предусмотренным положением об организации оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи.

Специализированная, за исключением высокотехнологичной, медицинская помощь в медицинских организациях, подведомственных федеральным органам исполнительной власти, оказывается по медицинским показаниям, предусмотренным пунктом 5 порядка направления пациентов в медицинские организации и иные организации, подведомственные федеральным органам исполнительной власти, для оказания специализированной (за исключением высокотехнологичной) медицинской помощи, предусмотренного в приложении к положению об организации оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи.

Сроки ожидания оказания специализированной (за исключением высокотехнологичной) медицинской помощи не должны превышать сроков, установленных в программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, утверждаемой Правительством Российской Федерации.

При наличии у пациента с онкологическим заболеванием медицинских показаний для проведения медицинской реабилитации врач-онколог организует ее проведение в соответствии с порядком организации медицинской реабилитации взрослых.

При наличии у пациента с онкологическим заболеванием медицинских показаний к санаторно-курортному лечению врач-онколог организует его в соответствии порядком организации санаторно-курортного лечения.

Паллиативная медицинская помощь пациенту с онкологическими заболеваниями оказывается в соответствии с положением об организации оказания паллиативной медицинской помощи, включая порядок взаимодействия медицинских организаций, организаций социального обслуживания и общественных объединений, иных некоммерческих организаций, осуществляющих свою деятельность в сфере охраны здоровья.

При подозрении и (или) выявлении у пациента онкологического заболевания в ходе оказания ему скорой медицинской помощи его переводят или направляют в медицинские организации, оказывающие медицинскую помощь пациентам с онкологическими заболеваниями, для определения тактики ведения и необходимости применения дополнительно других методов специализированного противоопухолевого лечения.

Показаниями для госпитализации в медицинскую организацию в экстренной или неотложной форме являются:

наличие осложнений онкологического заболевания, требующих оказания ему специализированной медицинской помощи в экстренной и неотложной форме;
наличие осложнений лечения (хирургическое вмешательство, ЛТ, лекарственная терапия и т.д.) онкологического заболевания.

Показаниями для госпитализации в медицинскую организацию в плановой форме являются:
необходимость выполнения сложных интервенционных диагностических медицинских вмешательств, требующих последующего наблюдения в условиях круглосуточного или дневного стационара;
наличие показаний к специализированному противоопухолевому лечению (хирургическое вмешательство, ЛТ, в том числе контактная, ДЛТ и другие виды ЛТ, лекарственная терапия и др.), требующему наблюдения в условиях круглосуточного или дневного стационара.

Показаниями к выписке пациента из медицинской организации являются:
завершение курса лечения или одного из этапов оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи в условиях круглосуточного или дневного стационара при условии отсутствия осложнений лечения, требующих медикаментозной коррекции и/или медицинских вмешательств в стационарных условиях;
отказ пациента или его законного представителя от специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи в условиях круглосуточного или дневного стационара, установленной консилиумом медицинской организации, оказывающей онкологическую помощь при условии отсутствия осложнений основного заболевания и/или лечения, требующих медикаментозной коррекции и/или медицинских вмешательств в стационарных условиях;
в случаях несоблюдения пациентом предписаний или правил внутреннего распорядка лечебно-профилактического учреждения, если это не угрожает жизни пациента и здоровью окружающих;
необходимость перевода пациента в другую медицинскую организацию по соответствующему профилю оказания медицинской помощи.

Заключение о целесообразности перевода пациента в профильную медицинскую организацию осуществляется после предварительной консультации по предоставленным медицинским документам и/или предварительного осмотра пациента врачами-специалистами медицинской организации, в которую планируется перевод.

Mesothelioma Types by Location. Mesothelioma.com. https://www.mesothelioma.com/mesothelioma/types/. Accessed March 12, 2020
Carbone M., Kanodia S., Chao A. et al. Consensus Report of the 2015 Weinman International Conference on Mesothelioma. J Thorac Oncol 2016;11:1246–1262.
Linton A., Vardy J., Clarkeet S. et al. The ticking time-bomb of asbestos: Its insidious role in the development of malignant mesothelioma. J Critical Rev Oncol 2012;84(2):200–212.
Asbestos (Chrysotile, Amosite, Crocidolite, Tremolite, Actinolite, and Anthophyllite). Arsenic, Metals, Fibres, and Dusts 100 C. Geneva: WHO Press, 2012. Pр. 219–310.
Brown L.M., Howard R.A., Travis L.B. The risk of secondary malignancies over 30 years after the treatment of non-Hodgkin lymphoma. Cancer 2006;107:2741–2742.
Teta M.J., Lau E., Sceurman B.K. et al. Therapeutic radiation for lymphoma: risk of malignant mesothelioma. Cancer 2007;109:1432–1438.
Dogan A.U., Baris Y.I., Dogan M. et al. Genetic predisposition to fiber carcinogenesis causes a mesothelioma epidemic in Turkey. Cancer Res 2006;66,10:5063–5068.
Bocchetta M.I., Resta Di, Powers A. et al. Human mesothelial cells are unusually susceptible to simian virus 40-mediated transformation and asbestos co-carcinogenesis. Proc Natl Acad Sci USA 2000;97:10214–10219.
Huang J., Chan S.C., Pang W.S., et al. Global Incidence, Risk Factors, and Temporal Trends of Mesothelioma: A Population Based Study. J Thorac Oncol 2023;18(6):792–802. https://doi.org/10.1016/j.jtho.2023.01.095
Музалевский П.Н., Шойхет Я.Н., Лазарев А.Ф. и др. Мезотелиома. Распространенность и модифицирующие факторы (литературный обзор). Сибирский онкологический журнал 2007;2(22):77–83.
Surveillance, Epidemiology and End Results (SEER)/Cancer Statistics Review 1973–1999. Anon (2003). Available at: http://seer.cancer.gov/csr/1973–1999/overview/overview21pdf.
Robinson B.M. Malignant pleural mesothelioma: an epidemiological perspective. Ann Cardiothorac Surg 2012;1:491–496.
Hodgson J.T., McElvenny D.M., Darnton A.J. et al. The expected burden of mesothelioma mortality in Great Britain from 2002 to 2050. Br J Cancer 2005;92:587–593.
Лазарев А.Ф., Григорук О.Г., Базулина Л.М. и др. Мезотелиома плевры: этиология, заболеваемость, диагностика, лечение, выживаемость. Российский онкологический журнал 2013;5:15–20.
Горбунова В.А. Характеристика пациентов с мезотелиомой плевры в Российской Федерации. Value in Health. 2014;17(7):323–686.
International Statistical Classification of Diseases and Related Health Problems 10th Revision. Available at: http://apps.who.int/classifications/icd10/browse/2016/en.
Rusch V.W.,Chansky K., Kindler H.L. et al. The IASLC Malignant Pleural Mesothelioma Staging Project: proposals for the M descriptors and for the revision of the TNM stage groupings in the forthcoming (eighth) edition of the TNM classification for mesothelioma. J. Thorac Oncol, 2016, in press.
Amin M.B., Edge S.B., Greene F.L. et al. AJCC (American Joint Committee on Cancer). Cancer Staging Manual. 8th edn. Chicago: Springer, 2017.
Finn R.S., Brims F.J.H., Gandhi A. et al. Postmortem Findings of Malignant Pleural Mesothelioma: A Two-Center Study of 318 Patients. Chest 2012;142(5):1267–1273.
Howard A Gutman. Lung cancer and mesothelioma. Book.Copyright. 2011;2:183-184
Tural Onur et al. Are neutrophil/lymphocyte ratio and platelet/lymphocyte ratio reliable parameters as prognostic indicator in malignant mesothelioma? Therap and Clin Risk Management. 2016;12:651-656
Rochet N. et al. The role of complete blood cell count in prognosis – watch this space! Oncol and Hematol rew. 2012;8(1):76-82
Van Zandwijk N. et al. Guidelines for the diagnosis and treatment of malignant pleural mesothelioma. J. Thorac Dis. 2013; 5:E254-307
Koksal D. et al. Thromboembolic events in malignant pleural mesothelioma //Clinical and Applied Thrombosis/Hemostasis. – 2016. – Т. 22. – №. 4. – С. 390-394
Takamori S. et al. The C-reactive protein/albumin ratio is a novel significant prognostic factor in patients with malignant pleural mesothelioma: a retrospective multi-institutional study //Annals of surgical oncology. – 2018. – Т. 25. – №. 6. – С. 1555-1563
Harris E. J. A. et al. Prediction modelling using routine clinical parameters to stratify survival in Malignant Pleural Mesothelioma patients undergoing cytoreductive surgery //Journal of Thoracic Oncology. – 2019. – Т. 14. – №. 2. – С. 288-293
Boudville N et al. Mesothelin and kidney function analysis of relationship and implications for mesothelioma screening. Lung Cancer. 2011;73(3):320-4
Rump A, Morikawa Y, Tanaka M, Minami S, Umesaki N, Takeuchi M, Miyajima A. Binding of ovarian cancer antigen CA125/MUC16 to mesothelin mediates cell adhesion. J Biol Chem. 2004;279:9190–8
Cheng et al. Clinical significance of serum CA125 in diffuse malignant mesothelioma. SpringerPlus. 2016; 5:368.
Creaney J. et al. Combined CA125 and Mesothelin Levels for the Diagnosis of Malignant Mesothelioma. Chest J. 2007; 132:1239-1246.
Shalaby A.O. et al. A study of CA-125 in patient with pleural effusion. Egypt J Bronchol. 2015;9:283-6.
Резников Ю.П. и коллеги. Оценка соотношения онкомаркеров в поиске первичного очага опухоли (к 50-летию открытия АФП как опухолевого маркера). Клиническая лабораторная диагностика. 2014; 2:15-19.
Truong M.T., Viswanathan C., Godoy M.B. et al. Malignant Pleural Mesothelioma: Role of CT, MRI, and PET/CT in Staging Evaluation and Treatment Considerations. J Semin Roentgenol 2013;48(4):323–334.
Kawashima A., Libshitz H. I. Malignant pleural mesothelioma: CT manifestations in 50 cases //AJR. American journal of roentgenology. – 1990. – Т. 155. – №. 5. – С. 965-969.
Heelan R. T. et al. Staging of malignant pleural mesothelioma: comparison of CT and MR imaging //AJR. American journal of roentgenology. – 1999. – Т. 172. – №. 4. – С. 1039-1047.
Armato G. et al. Imaging in Pleural Mesothelioma: A Review of the 13th International Conference of the International Mesothelioma Interest Group. Lung Cancer. Author manuscript; available in PMC. 2017; 101: 48–58.
Gossinger HD et al. Magnetic resonance imaging findings in a patient with pericardial mesothelioma. Arm Heart J. 1988;115(6):1321-22.
Fazekas T. et al. Primary malignant pericardial mesothelioma. Orv Hetil. 1991;132 (48):2677-80.
Collins D. et al. Patterns of metastases in malignant pleural mesothelioma in the modern ers: Redefining the spread of an old disease. J Clin Oncol. 2017;8556
Kruse M., Sherry S., Paidpally V. et al. FDG PET/CT in the Management of Primary Pleural Tumors and Pleural Metastases. Am J Roentgenol 2013;201:215–226.
Yildirim H. et al. Clinical value of fluorodeoxyglucose-positron emission tomography/computed tomography in differentiation of malignant mesothelioma from asbestos-related benign pleural disease: an observational pilot study //Journal of Thoracic Oncology. – 2009. – Т. 4. – №. 12. – С. 1480-1484.
Kao SC et al. Accuracy of diagnostic biopsy of the histological subtype of the malignant pleural mesothelioma. J Thorac Oncol. 2011;6:602-605.
Greillier L. Et al. Accuracy of pleural biopsy using thoracoscopy for the diagnosis of histologic subtype in patients with malignant pleural mesothelioma.Cancer 2007;110:2248-2252.
Wald O. et al. Role of thoracoscopy, mediastinoscopy and laparoscopy in the diagnosis and staging of malignant pleural mesothelioma. J Vis Surg. 2016;2:129.
Rice D. C. et al. Extended surgical staging for potentially resectable malignant pleural mesothelioma //The Annals of thoracic surgery. – 2005. – Т. 80. – №. 6. – С. 1988-1993.
Travis W.D., Colby T.V., Corrin B. et al. (WHO). Histological typing of lung and pleural tumour. Berlin: Springer, 1999. ISBN: 13978-3-540-65219-9.
Husain AN, Colby TV, Ordonez NG, et al. Guidelines for pathologic diagnosis of malignant mesothelioma 2017 Update of the consensus statement from the international mesothelioma interest group. Arch Pathol Lab Med 2018;142:89-108.
Flores RM et al. Extrapleural pneumonectomy versus pleurectomy/decortication in the surgical management of malignant pleural mesothelioma: results in 663 patients. J Thorac Cardiovasc Surg. 2008;135:620-626
Spaggiari L. et al. Extapleural pneumonectomy for malignant mesothelioma: an Italian multicenter retrospective study. Ann Thorac Surg. 2014;97:1859-65
Flores RM et al. Frequency of use and predictors of cancer-directed surgery in the management of malignant pleural mesothelioma in a community-based (SEER) population. J Thorac Oncol. 2010;5:1649-54
Treasure T. et al. Extra-pleural pneumonectomy versus no extra-pleural pneumonectomy for patient with malignant pleural mesothelioma: clinical outcomes of the Mesothelioma and Radical Surgery (MARS) randomized feasibility study. Lancet Oncol. 2011;12:763-772
Rusch V.W., Piantadosi S., Holmes E.C. The role of extrapleural pneumonectomy in malignant pleural mesothelioma. A lung cancer study group trial. J Thorac Cardiovasc Surg 1991;102(1):1–9.
Trousse D.S., Avaro J.P., D’Journo X.B. et al. Is malignant pleural mesothelioma a surgical disease? A review of 83 consecutive extra-pleural pneumonectomies. Eur J Cardiothorac Surg 2009;36(4):759–763.
Rintoul R.C., Ritchie A.J., Edwards J.G. et al. MesoVATS Collaborators: Efficacy and cost of video-assisted thoracoscopic partial pleurectomy versus talc pleurodesis in patients with malignant pleural mesothelioma (MesoVATS): an open-label, randomised, controlled trial. Lancet. 2014;384:1118–1127.
Walker S., Bibby A.C., Maskell N.A. Current best practice in the evaluation and management of malignant pleural effusions. Ther Adv Respir Dis. 2017;11(2):105–114
Girardi L. et al. Periocardiocentesis and intrapericardial sclerosis: effective therapy for malignant pericardial effusions. The Annals of Thoracic Surgery. 1997;64(5):1422-1428
Catot S. et al. Primary malignant pericardial methotelioma. ResearchGate. 2012;4:39-48
Vigneswaran WT. & Stefanacci PR. Pericardial mesothelioma. Current Treatment Options in Oncology. 2000;1(4):299-302
Anderson TM et al. Pericardial catheter sclerosis versus surgical procedures for pericardial effusions in cancer patients. Journal of Cardiovascular Surgery (Torino).2001;42 (3):415-9
Tsang TS et al. Outcomes of primary and secondary treatment of pericardial effusion in patients with malignancy. Mayo Clinic Proceedings. 2000;75(3):248-53
Plas E et al: Malignant mesothelioma of the tunica vaginalis testis: review of the literature and assessment of prognostic parameters. Cancer. 1998;83:2437-2446.
Gupta N.P., Kumar R. Malignant gonadal mesothelioma // Curr. Treat. Opt. Oncol. 2002. V. 3 (5). P. 363-367
Plas E., Riedl C.R., Pflüger H. Malignant mesothelioma of the tunica vaginalis testis. Review of the literature and assessment of prognostic parameters // Cancer. 1998. V. 83. P. 2437-2446.
Огнерубов Н.А., Огнерубова И.Н. Мезотелиома оболочек яичка. Весник ТГУ. 2013;18(4):1326-29
Bang J.H. et al. Surgical experience of pericardial mesothelioma presenting as constrictive pericarditis. J of Cardiology Cases.2010;2:e96-98.
Bassem et al.Unusual Presentation of a Primary Pericardial Malignant Mesothelioma: Constrictive Pericarditis A Case Report and Review of the Literature. J Tumor Res. 2015; 1:1.
Yan T.D. et al. A systematic review on the efficacy of cytoreductive surgery combined with perioperative intraperitoneal chemotherapy for diffuse malignancy peritoneal mesothelioma. Ann Oncol. 2007;18(5):827-34.
Sugarbaker PH. Peritonectomy procedures. Ann Surg. 1995;221:29-42.
Feldman AL, Libutti SK, Pingpank JF, et al: Analysis of factors associated with outcome in patients with malignant peritoneal mesothelioma undergoing surgical debulking and intraperitoneal chemotherapy J Clin Oncol. 2003;21:4560–4567.
Brigand C. et al. Peritoneal mesothelioma treated by cytoreductive surgery and intraperitoneal hyperthermic chemotherapy: Results of a prospective study. Ann Surg Oncol. 2006;13:405–412.
Yano H. et al. Cytoreductive surgery and intraperitoneal chemotherapy for peritoneal mesothelioma. Eur J Surg Oncol. 2009;35:980–985.
Blackham A.U. et al. Cytoreductive surgery with intraperitoneal hyperthermic chemotherapy for malignant peritoneal mesothelioma: Mitomycin versus cisplatin. Ann Surg Oncol.2010;17:2720–2727.
Helderman R.F.C.P.A., Löke D.R., Kok H.P. et al. Variati on in Clinical Application of Hyperthermic Intraperitoneal Chemotherapy: A Review // Cancers (Basel). 2019, Jan. 11. Vol. 11, N 1. P. 78. doi: 10.3390/cancers11010078.
Kim J., Bhagwandin S., Labow D.M. Malignant peritoneal mesothelioma: a review // Ann. Transl. Med. 2017, Jun. Vol. 5, N 11. P. 236.
Baratti D. et al. Lymph node metastases in diffuse malignant peritoneal mesothelioma. Ann Surg Oncol. 2010;17:45–53.
Yan TD, Yoo D, Sugarbaker PH. Significance of lymph node metastasis in patients with diffuse malignant peritoneal mesothelioma. Eur J Surg Oncol.2006;32:948–953.
Helm JH, Miura JT, Glenn JA et al: Cytoreductive surgery and hyperthermic intraperitoneal chemotherapy for malignant peritoneal mesothelioma: A systematic review and meta-analysis. Ann Surg Oncol. 2015;22:1686–1693.
Isik AF, Sanli M, Yilmaz M, et al. Intrapleural hyperthermic perfusion chemotherapy in subjects with metastatic pleural malignancies. Respir Med. 2013;107:762–7.
Gupta V et al. Hemithoracic radiation therapy after pleurectomy/decortications for malignant pleural mesothelioma. Int J Radiat Oncol Biol Phys. 2005;63:1045-1052
Gupta V et al. Patterns of local and nodal failure in malignant pleural mesothelioma after extrapleural pneumonectomy and photon-electron radiotherapy. J Thorac Oncol 2009;4:746-750
Bolukbas M et al. Survival after trimodality therapy for malignant pleural mesothelioma: radical pleuroectomy, chemotherapy with cisplatin/pemetrexed and radiotherapy. Lung Cancer 2011;71:75-81
Hasani A et al. Outcome for patients with malignant pleural mesothelioma referred for trimodality therapy in Western Australia. J Thorac Oncol 2009;4:1010-1016
Rimner A., Zauderer M.G., Gomez D.R. et al. Phase II study of Hemithoracic Intensity-Modulated Pleural Radiation Therapy (IMPRINT) as part of lung-sparing multimodality therapy in patients with malignant pleural mesothelioma. J Clin Oncol 2016;34:2761–2768.
Finkelstein S.E., Timmerman R., McBride W.H. et al. The confluence of stereotactic ablative radiotherapy and tumor immunology. Clin Dev Immunol 2011;439752:7.
Rusch V.W., Rosenzweig K., Venkatraman E. et al. A phase II trial of surgical resection and adjuvant high-dose hemithoracic radiation for malignant pleural mesothelioma. J Thorac Cardiovasc Surg 2001;122:788–795.
Boutin C et al. Prevention of malignant seeding after invasive procedures in patients with malignant pleural mesothelioma. A randomized trial of local radiotherapy. Chest 1995;108:754-758
Ball DL et al. The treatment of malignant mesothelioma of pleura: review of a 5-years experience, with special reference to radiotherapy. Am J Clin Oncol 1999;13:4-9
Chance WW et al. Hemithoracic intensity modulated radiation therapy after pleuroectomy/decortication for malignant pleural mesothelioma: toxicity, patterns of failure, and a matched survival analysis. Int J Radiat Oncol Biol Phys 2015;91:149-156
Vogelzang N.J., Rusthoven J.J., Symanowski J. et al. Phase III study of pemetrexed in combination with cisplatin versus cisplatin alone in patients with malignant pleural mesothelioma. J Clin Oncol 2003;21:2636–2644.
Castagneto B., Bota M., Aitini E. et al. Phase II study of pemetrexed in combination with carboplatin in patients with malignant pleural mesothelioma. Ann Oncol 2008;19:370–373.
Nowak A.K., Byrne M.J., Willianson R. et al. A multicentre phase II study of cisplatin and gemcitabine for malignant mesothelioma. Br J Cancer 2002;87:491–496.
Van Haarst J.M., Baas J., Manegold C.H. et al. Multicentre phase II study of gemcitabine and cisplatin in malignant pleural mesothelioma. Br J Cancer 2002;86:342–345.
Zalcman G, Mazieres J, Margery J, et al. Bevacizumab for newly diagnosed pleural mesothelioma in the Mesothelioma Avastin Cisplatin Pemetrexed Study (MAPS): a randomised, controlled, open-label, phase 3 trial. Lancet 2016;387:1405-14.
Dowell J.E., Dunphy F.R., Taub R.N. et al. A multicenter phase II study of cisplatin, pemetrexed, and bevacizumab in patients with advanced malignant mesothelioma. Lung Cancer 2012;77:567–571.
Ceresoli GL et al. Phase II study of pemetrexed and carboplatin plus bevasizumab as first-line therapy in malignant pleural mesothelioma. Br J Cancer 2013;109:552-558.
Baas P., Scherpereel A., Nowak A, Fujimoto N, Peters S. et al. First-line nivolumab plus ipilimumab in unresectable malignant pleural mesothelioma (CheckMate 743): a multicentre, randomised, open-label, phase 3 trial. Lancet. 2021;397(10272):375-386.
Kindler H.L., Karrison T.G., Gandara D.R. et al. Multicenter, double-blind, placebo-controlled, randomized phase II trial of gemcitabine/cisplatin plus bevacizumab or placebo in patients with malignant mesothelioma. J Clin Oncol 2012;30:2509–2515.Zalcman G et al.
Van Meerbeeck JP et al. A phase II study of gemcitabine in patients with malignant pleural mesothelioma. European Organization for Research and Treatment of Cancer Lung Cancer Cooperative Group. Cancer 1999;85:2577-2282
Zauderer M.G. Vinorelbine and gemcitabine as second- or third-line therapy for malignant pleural mesothelioma / M.G. Zauderer, S.L. Kass, K. Woo et al. // Lung Cancer 2014;84:271-274
Taylor P et al. Single-agent pemetrexed for chemonaive and pretreated patients with malignant pleural mesothelioma: results of an International Expanded Access Program. J Thorac Oncol 2008;3:764-771
Stebbing, J. The efficacy and safety of weekly vinorelbine in relapsed malignant pleural mesothelioma / J. Stebbing, T. Powles, K. McPherson et al. // Lung Cancer. – 2009. – Vol. 63. – P. 94-97.
Muers MF et al. Active symptom control with or without chemotherapy in the treatment of patients with malignant pleural mesothelioma (MS01): multicentre randomized trial. Lancet 2008;371:1685-1894
Chu Q, Perrone F, Greillier L, et al. Pembrolizumab plus chemotherapy versus chemotherapy in untreated advanced pleural mesothelioma in Canada, Italy, and France: a phase 3, open-label, randomised controlled trial. Lancet 2023;16;402:2295-2306.
Chu Q, Piccirillo M, Greillier L, et al/ IND227 phase III (P3) study of cisplatin/pemetrexed (CP) with or without pembrolizumab (pembro) in patients (pts) with malignant pleural mesothelioma (PM): A CCTG, NCIN, and IFCT trial. J of Clin Onc. 2023;41(17)/ https://doi.org/10.1200/JCO.2023.41.17_suppl.LBA8505
Popat S, Cunoni-Fontecedro A, Polydoropoulou V, et al. A multicenter randomized phase III trial comparing pembrolizumab (P) vs single agent chemotherapy (CT) for advanced pre-treated malignant pleural mesothelioma (MPM)—results from the European Thoracic Oncology Platform (ETOP 9-15) PROMISE-meso trial. Presented at: 2019 ESMO Congress; September 27 to October 1, 2019. Abstract LBA91.
Alley EW, Lopez J, Santoro A, et al. Clinical safety and activity of pembrolizumab in patients with malignant pleural mesothelioma (KEYNOTE-028): preliminary results from a non-randomised, open-label, phase 1b trial. Lancet Oncol 2017;18:623-30.
Disselhorst M, Harms E, Van Tinteren H, et al. Ipilimumab and Nivolumab in the Treatment of Recurrent Malignant Pleural Mesothelioma: A Phase II Study. J Thorac Oncol. 2012;11:S1746.
Disselhorst MJ, Quispel-Janssen J, Lalezari F, et al. Ipilimumab and nivolumab in the treatment of recurrent malignant pleural mesothelioma (INITIATE): results of a prospective, single-arm, phase 2 trial. Lancet Respir Med 2019;7:260-270.
Quispel-Janssen J, Zago G, Schouten R, et al. A Phase II Study of Nivolumab in Malignant Pleural Mesothelioma (NivoMes): with Translational Research (TR) Biopies. J Thorac Oncol. 2017;12:S292-3.
Fennell DA, Ewings S, Ottensmeier C, et al; CONFIRM trial investigators. Nivolumab versus placebo in patients with relapsed malignant mesothelioma (CONFIRM): a multicentre, double-blind, randomised, phase 3 trial. Lancet Oncol 2021;22:1530-1540.
Scherpereel A, Mazieres J, Greillier L, et al. Nivolumab or nivolumab plus ipilimumab in patients with relapsed malignant pleural mesothelioma (IFCT-1501 MAPS2): a multicentre, open-label, randomized, non-comparative, phase 2 trial. Lancet Oncol 2019;20:239-253.
Bolukbas S., Manegold C., Eberlein M. Safety and efficacy of trimodality therapy in patients undergoing extrapleural pneumonectomy. Lung Cancer 2011;71:75–81.
Hasegava S. et al. Evoluation of surgical approach in malignant pleural mesothelioma. 2016. Abst. MS09.06. iMig2016.org.
Kushalnagar P., Engelman A., Sadler G. Deaf patient-provider communication and lung cancer screening: Health Information National Trends survey in American Sign Language (HINTS-ASL). Patient Educ Couns 2018 Jul;101(7):1232–1239.
Bovolato P, Casadio C, Billè A, et al. Does surgery improve survival of patients with malignant pleural mesothelioma?: A multicenter retrospective analysis of 1365 consecutive patients. J Thorac Oncol. 2014;9:390-6.
Kepenekian V. et al. RENAPE Database: Multi-Institutional Retrospective Study. Eur J Cancer. 2016;65:69-79.
Sharkey A.J. et al. Induction or adjuvant chemotherapy for radical multimodality therapy. SHC. 2018;2(7):1-8.
Sharkey A.J. et al. How does the timing of chemotherapy affect outcome following radical surgery for malignant pleural mesothelioma? Lung Cancer. 2016;100:5-13.
Владимирова Л.Ю., Гладков О.А., Королева И.А. и соавт. Тошнота и рвота. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):32–47.
Muzi J.L., Look R.M., Turner C., Gardiner S.K., Wagie T., Douglas J., Sorenson L., Evans L., Kirchner S., Dashkoff C., Garrett K., Johnson N. Low-level laser therapy for chemotherapy-induced peripheral neuropathy. Journal of Clinical Oncology. 2012;30(15):9019.
Конвенции и рекомендации по охране труда при использовании асбеста. 1957-1990. Женева. Том 1. Рекомендации №172. [Электронный ресурс] https://www.ilo.org/sites/default/files/wcmsp5/groups/public/@ed_norm/@normes/documents/normativeinstrument/wcms_r172_ru.htm
Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 04.06.2020 №548н "Об утверждении порядка диспансерного наблюдения за взрослыми с онкологическими заболеваниями" (Зарегистрирован 26.06.2020 № 58786). Номер опубликования: 0001202006300011. [Электронный ресурс] Режим доступа//URL: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001202006300011
Краткие методические указания по учету и диспансеризации больных с предраковыми и злокачественными новообразованиями. [Электронный ресурс] Режим доступа//URL: http://www.oncology.ru/service/organization/table1.htm. Дата последнего обращения: 2 апреля 2020 г.
Edwards J.G., Abrams K.R., Leverment J.N. et al. Prognostic factors for malignant mesothelioma in 142 patients: validation of CALGB and EORTC prognostic scoring systems. Thorax. 2000;55:731–735.
Карпенко Т.Д., Козлов Н.А., Любченко Л.Н. и др. Анализ экспрессии белка PD-L1 в клетках злокачественной мезотелиомы плевры. Российский онкологический журнал. 2018;23(1):4–9.
Scherpereel A., Astoul P., Baas P. et al. Guidelines of the European Respiratory Society and the European Society of Thoracic Surgeons for the management of malignant pleural mesothelioma. Eur Respir J. 2010;35:479–495.
Багрова С.Г., Басин Е.М., Борзов К.А. и соавт. Патология костной ткани. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):48–60.
Сакаева Д.Д., Борисов К. Е., Булавина И.С. и соавт. Фебрильная нейтропения. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):61–70.
Ткаченко П.Е., Маевская М.В., Ивашкин В.Т. Гепатотоксичность. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):83–96.
Виценя М.В., Агеев Ф.Т., Орлова Р.В. и соавт. Кардиоваскулярная токсичность. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):97–121.
Королева И.А., Болотина Л.В., Гладков О.А. и соавт. Дерматологические реакции. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):122–162.
Сытов А.В., Зузов С.А., Кукош М.Ю. и соавт. Нутритивная поддержка. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):163–173.
Громова Е.Г., Бирюкова Л.С., Джумабаева Б.Т. и соавт. Нефротоксичность. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):184–201.
Сомонова О.В., Антух Э.А., Варданян А.В. и соавт. Тромбоэмболические осложнения. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):202–215.
Буйденок Ю.В., Обухова О.А. Экстравазация противоопухолевых препаратов. Практические рекомендации RUSSCO, часть 2. Злокачественные опухоли 2024;14(3s2):216–226.
Навыки эффективного общения для оказания пациент-ориентированной медицинской помощи научно-методическое издание / авторы-сост. Боттаев Н.А., Горина К.А., Грибков Д.М., Давыдова Н.С., Дьяченко Е.В., Ковтун О.П., Макарочкин А.Г., Попов А.А., Самойленко Н.В. Сизова Ж.М., Сонькина А.А., Теплякова О.В. и др. М.: Издательство РОСОМЕД (Российское общество симуляционного обучения в медицине), 2018. 32 с. http://rosomed.ru/system/documents/files/000/000/102/original/Раздатка-Руководствопо-Калгари-Кембриджской-модели.pdf?1528916127
Методические рекомендации по созданию сценариев по коммуникативным навыкам (навыкам общения) для симулированных пациентов при аккредитации специалистов здравоохранения / авторы-составители Давыдова Н.С., Собетова Г.В., Куликов А.В., Серкина А.В., Боттаев Н.А., Дьяченко Е.В., Шубина Л.Б., Грибков Д.М. Москва, 2018. 20 с. http://fmza.ru/upload/medialibrary/c92/mr-dlya-sozdaniyaekzamenatsionnykh-stsenariev-po-kn.pdf.
Руководство по клиническому обследованию больного. Пер. с англ./ Под ред. А. А. Баранова, И. Н. Денисова, В. Т. Ивашкина, Н. А. Мухина. – М. : ГЭОТАР-Медиа, 2007. – 648 с.
Основы семиотики заболеваний внутренних органов: Учебн. пособ. / А. В. Струтынский, А. П. Баранов, Г. Е. Ройтберг, Ю. П. Гапоненков. – М. : МЕДпрессинформ, 2008. – 5-е изд. – 304 с.
Основы семиотики заболеваний внутренних органов: Учебн. пособ. / А. В. Струтынский, А. П. Баранов, Г. Е. Ройтберг, Ю. П. Гапоненков. – М. : МЕДпрессинформ, 2008. – 5-е изд. – 304 с.
Ceresoli GL, Zucali PA, Favaretto AG, et al. Phase II study of pemetrexed plus carboplatin in malignant pleural mesothelioma. J Clin Oncol 2006;24:1443-1448.
Rogers L.J., Bleetman D., Messenger D.E., Joshi N.A. et al. The impact of enhanced recovery after surgery (ERAS) protocol compliance on morbidity from resection for primary lung cancer. J Thorac Cardiovasc Surg. 2018;155(4):1843–52.
Imperatori A., Grande A., Castiglioni M. et al. Chest pain control with kinesiology taping after lobectomy for lung cancer: initial results of a randomized placebocontrolled study. Interact Cardiovasc Thorac Surg 2016;23:223–30.
Park H., Park J., Woo S.Y. et al. Effect of high-frequency chest wall oscillation on pulmonary function after pulmonary lobectomy for non-small cell lung cancer. Crit Care Med 2012;40(9):2583–9
Janssen S.M., Abbink J.J., Lindeboom R., Vliet Vlieland T.P. Outcomes of pulmonary rehabilitation after treatment for non-small cell lung cancer stages I to IIIa: an observational study. J Cardiopulm Rehabil Prev 2017;37(1):65–71.
Chen H.Y., Li S.G., Cho W.C.S., Zhang Z.J. The role of acupoint stimulation as an adjunct therapy for lung cancer: a systematic review and meta-analysis. BMC Complement Altern Med 2013;13:362
Streckmann F., Zopf E.M., Lehmann H.C. et al: Exercise intervention studies in patients with peripheral neuropathy: a systematic review. Sports Med 2014;44:1289–304
Oberoi S., Zamperlini-Netto G., Beyene J. et al. Effect of prophylactic low level laser therapy on oral mucositis: a systematic review and meta-analysis. PLoS One 2014;9(9):e107418