Хроническая воспалительная демиелинизирующая полирадикулонейропатия

Документ
Клинические рекомендации Минздрава России (ID 801_1, версия 1)

Источник
Рубрикатор клинических рекомендаций Минздрава России

Утверждение
Одобрено Научно-практическим советом Минздрава России

Возрастная категория
Взрослые

Кодирование по МКБ-10
G61.8 — Другие воспалительные полиневропатии
G61.9 — Воспалительная полиневропатия неуточненная
G62.8 — Другие уточненные полиневропатии
G62.9 — Полиневропатия неуточненная

Опубликовано в рубрикаторе
24.10.2024

Разработчики
Всероссийское общество неврологов
Региональная общественная организация «Общество специалистов по нервно-мышечным болезням»
Общероссийская общественная организация Ассоциация реабилитологов России

Сокращения:
EAN – European Academy of Neurology (Европейская Академия Неврологии)
PNS – Peripheral Nerve Society (Общество специалистов по заболеваниям периферических нервов)
ВВИГ – внутривенный #иммуноглобулин человека нормальный**
ВВИТ – внутривенная высокодозная иммунотерапия
ГК – глюкокортикоиды
МГНЗ – моноклональная гаммапатия неопределенного значения
ПФ – высокообъемный терапевтический плазмаферез
ХВДП – хроническая воспалительная демиелинизирующая полирадикулонейропатия
ЦСЖ – цереброспинальная жидкость
ЭНМГ – электронейромиография стимуляционная одного и более нервов

Хроническая воспалительная демиелинизирующая полирадикулонейропатия (ХВДП) – группа хронических дизиммунных нейропатий, гетерогенных по клинической картине, характеризующихся прогрессирующим в течение более 8 недель генерализованным поражением проксимальных и дистальных отделов толстых чувствительных и двигательных нервных волокон.

Первичная патогенетическая терапия ХВДП – лечение, получаемое пациентом впервые после установления диагноза. В рамках первичной патогенетической терапии ХВДП проводится лечение препаратами и методами первой линии: ГК, ВВИТ или ПФ.

Поддерживающая патогенетическая терапия ХВДП – лечение, получаемое пациентом с целью поддержания стабильного состояния, ремиссии, профилактики рецидива. В рамках поддерживающей терапии назначаются препараты и методы первой и/или второй линии.

Глюкокортикоиды (ГК) – синтетические препараты (аналоги эндогенных гормонов, продуцируемых корой надпочечников), которые оказывают противовоспалительное, десенсибилизирующее, иммунодепрессивное, противошоковое и антитоксическое действия. ГК – это медикаментозный метод патогенетической терапии ХВДП первой линии. Высокодозная терапия ГК подразумевает пероральный прием препаратов в дозе 1 мг на кг веса пациента ежедневно или через день в течение 1-2 месяцев с последующим постепенным снижением дозы до минимальной поддерживающей или до полной отмены препарата.

Высокообъемный терапевтический плазмаферез (ПФ) – это экстракорпоральный метод патогенетической терапии ХВДП первой линии. Высокообъемный плазмаферез подразумевает удаление плазмы суммарно за курс не менее 140 мл/кг веса пациента.

Внутривенная высокодозная иммунотерапия (ВВИТ) – медикаментозный метод патогенетической терапии ХВДП первой линии, при котором назначаются препараты внутривенного иммуноглобулина человека нормального (ВВИГ) с содержанием иммуноглобулина класса G не менее 95%. ВВИТ подразумевает введение препарата в суммарной курсовой дозе 2 грамма на килограмм веса пациента. Поддерживающая иммунотерапия ВВИГ проводится с введением доз, подобранных индивидуально для каждого пациента (от 0,4 до 2 граммов на килограмм веса пациента), с вариативным режимом введения.

Моноклональная гаммапатия неопределенного значения (МГНЗ) – состояние, часто ассоциированное с ХВДП, характеризующееся секрецией парапротеина при отсутствии клинико-лабораторной картины гемобластоза.

Хроническая воспалительная демиелинизирующая полирадикулонейропатия (ХВДП) – группа гетерогенных по клинической картине приобретенных, дизиммунных нейропатий, характеризующихся прогрессирующим более 8 недель или рецидивирующим течением, имеющие электрофизиологические и патоморфологические признаки демиелинизации периферических нервов, и отвечающие на иммуносупрессивную или иммуномодулирующую терапию [1].

На сегодняшний день четкие механизмы, причины развития, а также триггерные факторы заболевания до конца не изучены, однако дизиммунный генез ХВДП не вызывает сомнения. Ряд экспериментальных работ на моделях животных, а также ответ на иммуносупрессивную и иммуномодулирующую терапию указывают на неоспоримое участие в патогенезе болезни как клеточно-опосредованного, так и гуморального иммунитета [2, 3]. Участие клеточного иммунитета подтверждается наличием воспалительных инфильтратов в биоптатах икроножного нерва, представленных CD8+ T-клетками, CD4+ T-клетками, макрофагами; изменением активности Т-клеточного звена иммунитета, повышением экспрессии цитокинов и других провоспалительных медиаторов в крови и ЦСЖ больных ХВДП [4-6]. Участие в патогенезе гуморального иммунитета подтверждается обнаружением в биоптатах икроножного нерва депозитов комплемента и иммуноглобулина на поверхности шванновских клеток и в компактном слое миелина, наличием антител в сыворотке больных, созданием экспериментальных моделей с активной иммунизацией разных структур нерва, а эффективностью ПФ [7-9].

В течение последних 5 лет были обнаружены антитела, ассоциированные с ХВДП, относящиеся к нодальным и паранодальным белкам – нейрофасцин – 140, 155 и 186 (NF-140, NF-155, NF-186), контактин-1 (CNTN1), контактин-ассоциированный белок 1 (Caspr1), нодальные изоформы нейрофасцина. Перечисленные антитела часто связаны с тяжелым течением заболевания, ранним вторичным аксональным повреждением и плохим ответом на ГК и ВВИГ [10-12]. Количество больных ХВДП, имеющих антитела к паранодальным белкам, составляет порядка 10% [10-14].

Распространенность ХВДП в мире составляет от 1 до 9 на 100.000 человек [9, 15, 16]. ХВДП входит в Перечень редких (орфанных) болезней Министерства здравоохранения РФ (от 25.02.2020 г.). Средний возраст дебюта болезни около 50 лет, но заболевание может диагностироваться в любом возрасте [17]. Соотношение мужчин и женщин – 2:1 [9, 15, 16]. По данным Супоневой Н.А., распространенность ХВДП в РФ находится в пределах 1-3 на 100.000 человек [18]. Согласно результатам исследований Кантимировой Е.А. (на примере ЗАТО Железногорск Красноярского края), распространенность ХВДП, включая сенсорный вариант болезни, составила 25,5 на 100 тыс. взрослого населения [17]. Крупных эпидемиологических исследований по распространенности ХВДП в РФ не проводилось.

G61.8 – Другие воспалительные полиневропатии
G61.9 – Воспалительная полиневропатия неуточненная
G62.8 – Другие уточненные полиневропатии
G62.9 – Полиневропатия неуточненная

Выделение клинических вариантов ХВДП (типичного и других) важно по причине значительной вариативности клинико-электрофизиологической картины, иммунопатогенеза, ответа на разные виды патогенетической терапии (Таблица 1) [1, 8, 9, 15, 19, 20].

Таблица 1. Типичная и варианты ХВДП [1, 8, 9, 15, 19, 20].

ХВДП — Доля среди всех вариантов ХВДП

1. Типичная ХВДП — 50-70%
2. Мультифокальная ХВДП (или мультифокальная приобретенная демиелинизирующая сенсорная и моторная нейропатия; или синдром Льюиса-Самнера) — 6-35%
3. Сенсорная ХВДП — 5-35%
4. Дистальная ХВДП или дистальная приобретенная демиелинизирующая симметричная нейропатия — 2-17%
5. Моторная ХВДП — 5-10%
6. Фокальная ХВДП — 1%

Наиболее распространенной является типичная ХВДП, клиническая картина которой характеризуется наличием [1, 8, 9, 19, 20]:

симметричного вялого тетрапареза с равномерным вовлечением дистальных и проксимальных отделов конечностей;
нарушений поверхностной и глубокой чувствительности по полиневритическому типу (по типу "перчаток и гольф/носков");
сенситивной атаксии, тремора рук;
снижением или выпадением сухожильных рефлексов.

Крайне редко наблюдается вовлечение дыхательной мускулатуры и поражение черепных нервов (чаще лицевого нерва). На поздних стадиях болезни возможно развитие гипотрофии мышц. Двигательные нарушения обычно более выражены, чем чувствительные. Вегетативные нарушения и нейропатический болевой синдром не характерны для типичной ХВДП. Признаков нарушения функции ЦНС и тазовых органов не наблюдается. Степень неврологического дефицита может варьировать от легкой без существенного ограничения передвижения и самообслуживания до тяжелой с полной зависимостью от посторонней помощи [1, 8, 9, 19, 20].

Вторым по распространенности вариантом ХВДП является мультифокальная приобретенная демиелинизирующая сенсорная и моторная нейропатия (от англ. multifocal acquired demyelinating sensory and motor neuropathy, MADSAM) или синдром Льюиса-Самнера. Клиническая картина, в отличие от типичной ХВДП, характеризуется асимметрией нарушений и поражением по типу множественной мононейропатии. Свойственно преимущественное вовлечение верхних конечностей. У части больных по мере развития болезни симптоматика может перейти в типичную симметричную ХВДП [1, 8, 9, 19-21].

На долю сенсорного варианта ХВДП, который часто дебютирует с поражения нижних конечностей, приходится до 5-35% от всех вариантов болезни. Характерны сенситивная атаксия и полиневритический тип чувствительных нарушений. Мышечная слабость отсутствует. При наличии нейрофизиологических признаков поражения моторных нервных волокон по данным электронейромиографии стимуляционной одного и более нервов (ЭНМГ) устанавливается диагноз «преимущественно сенсорный вариант ХВДП». Долгосрочные исследования показали, что сенсорный вариант ХВДП часто является преходящей клинической стадией болезни, которая предшествует появлению мышечной слабости примерно у 70% пациентов [1, 8, 9, 19, 20, 22].

Дистальная приобретенная демиелинизирующая симметричная нейропатия (от англ. distal acquired demyelinating symmetric neuropathy, DADS) – вариант ХВДП с преимущественным или изолированным вовлечением дистальных отделов конечностей (кистей и стоп), с типичной картиной симметричного полиневритического сенсо-моторного поражения [1, 8, 9, 19, 20, 23, 24]. Диагностика данного варианта осложняется схожестью клинических проявлений с наследственной моторно-сенсорной нейропатией, с парапротеинемическими демиелинизирующими нейропатиями, а также с полинейропатиями другого генеза (Приложение А3).

Моторный вариант болезни обнаруживается у 4-10% пациентов с ХВДП. Характеризуется минимальной выраженностью (преимущественно моторная ХВДП) или отсутствием сенсорного дефицита, симметричным вялым тетрапарезом с вовлечением проксимальных и дистальных отделов, а также недостаточным ответом на патогенетическую терапию 1 линии: ГК и ПФ [1, 20, 25].

При фокальном варианте ХВДП в патологический процесс вовлекаются плечевое или пояснично-крестцовое сплетение, периферические нервы 1-3 сегментов с одной стороны, ещё реже симптоматика представлена в виде мононейропатии. Фокальный вариант ХВДП некоторыми авторами рассматривается как форма синдрома Льюиса-Самнера. С течением времени возможна генерализация патологического процесса и трансформация клинической картины в типичный симметричный или мультифокальный асимметричный варианты ХВДП [1, 8, 9, 19, 20].

При типичной ХВДП и её вариантах неврологические нарушения в подавляющем большинстве случаев неуклонно прогрессируют или наблюдается волнообразно-рецидивирующее хроническое течение с нарастанием симптомов более 8 недель. До 16% случаев ХВДП может развиваться остро и в дебюте по клинико-анамнестическим, нейрофизиологическим характеристикам не отличается от острой воспалительной демиелинизирующей полинейропатии (ОВДП). Надежных инструментальных и лабораторных методов для проведения дифференциального диагноза между ХВДП с острым началом и ОВДП на момент дебюта нет. Диагноз ХВДП при остром развитии симптоматики устанавливается в случае прогрессирования нарушений в течение более 8 недель или при наличии 3х эпизодов ухудшений, несмотря на проводимую патогенетическую терапию [1, 8, 9, 18, 19, 20].

В настоящий момент рассматривают отдельно (не в рамках вариантов ХВДП) хроническую иммунную сенсорную полирадикулопатию и ХВДП, ассоциированную с антителами к нодальным и паранодальным антигенам. Симптомокомплекс при хронической иммунной сенсорной полирадикулопатии представлен выраженной сенситивной атаксией и чувствительными полиневритическими нарушениями; а диагностика может вызвать значительные затруднения, поскольку при ЭНМГ-исследовании патологические изменения не выявляются вследствие поражения сенсорных корешков на преганглионарном уровне и интактности двигательных волокон. Для ХВДП, ассоциированной с IgG4 антителами к нейрофасцину-155 и контактину-1, характерны более ранний возраст дебюта заболевания, сенситивная атаксия, выраженный тремор конечностей, а также вовлечение центральной нервной системы у ряда больных; возможно агрессивное течение заболевания и раннее вторичное вовлечение аксонов периферических нервов [1, 10-14, 19, 20, 26].

ХВДП может развиваться и при таких состояниях и заболеваниях, как с сахарный диабет, моноклональная гаммапатия IgG или IgA неопределенного значения, моноклональная гаммапатия IgM без антител к MAG, ВИЧ-инфекция, злокачественные новообразования. Однако в настоящий момент не получено убедительных доказательств взаимосвязи ХВДП с этими заболеваниями. В некоторых случаях ХВДП может быть вызвана приемом лекарств или биологических препаратов [1, 10-14, 19, 20].

Дифференциальный диагноз при типичной ХВДП и её вариантах представлен в Приложении А3.

Рекомендуется подозревать ХВДП у пациентов с прогрессированием вялого тетрапареза и чувствительных нарушений по полиневритическому типу в течение более 8 недель с целью своевременной диагностики заболевания [1, 9, 19, 27-30].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: пациенты предъявляют жалобы на слабость мышц рук и преимущественно ног, изменение походки, трудности при беге и подъеме по лестнице; на онемение, снижение чувствительности кистей и стоп. В ряде случаев беспокоит неустойчивость при ходьбе. Жалобы на нейропатическую боль, нарушение зрения, глотания, дыхания, функции тазовых органов не характерны. При опросе следует обращать внимание на срок прогрессирования симптоматики, наличие сопутствующих соматических заболеваний, преморбидный фон, наследственный анамнез по нервно-мышечным заболеваниям.

Рекомендуется сопоставлять результаты опроса и физикального обследования с критериями диагностики ХВДП EAN/PNS от 2021 года у пациентов с подозрением на ХВДП с целью повышения достоверности диагностики (Приложение А3) [1, 9, 19, 27-30].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется проведение лабораторных исследований: общего (клинического) анализа крови, анализа крови биохимического общетерапевтического (исследование уровня общего белка в крови, исследование уровня альбумина в крови, исследование уровня креатинина в крови, исследование уровня аспарат-трансаминазы в крови, исследование уровня аланин-трансаминазы в крови, исследование уровня С-реактивного белка в крови, исследование уровня мочевины в крови, исследование уровня общего билирубина в крови, исследование уровня глюкозы в крови, исследование уровня холестерина в крови, исследование уровня натрия в крови, исследование уровня калия в крови), определения антител к бледной трепонеме (Treponema pallidum) и исследования уровня антител классов M, G (IgM, IgG) к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-1/2 и антигена p24 (Human immunodeficiency virus HIV 1/2 + Agp24) в крови, определения антигена (HbsAg) вируса гепатита B (Hepatitis B virus) и антител к вирусу гепатита C (Hepatitis C virus) в крови, исследования уровня гликированного гемоглобина и определения уровня витаминов В12 (цианкоболамина), фолиевой кислоты, гомоцистеина в сыворотке крови, общего (клинического) анализа мочи пациентам с подозрением на ХВДП с дифференциально-диагностической целью (Приложение А3) [1, 9, 19, 27-31].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется проведение исследования моноклональности легких цепей иммуноглобулинов в крови и в моче методом иммунофиксации пациентам с подозрением на ХВДП с дифференциально-диагностической целью (Приложение А3) [1, 9, 19, 27-30].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: дифференциальный диагноз представлен в Приложении А 3. При необходимости список дополнительных лабораторных методов обследования может быть расширен и дополнен такими исследованиями, как определение в крови антител к возбудителям иксодовых клещевых боррелиозов группы Borrelia burgdorferi sensu lato, содержания ревматоидного фактора, уровня C-реактивного белка, содержания антинуклеарных антител к Sm-антигену, содержания антител к экстрагируемым ядерным антигенам в крови, антител к ДНК нативной, содержания антител к циклическому цитрулиновому пептиду (анти-CCP), содержания антител к цитоплазме нейтрофилов в крови; анализ крови на антинейрональные антитела; антитела к ганглиозидам периферических нервов, криоглобулины, молекулярно-генетическое обследование и другие.

Рекомендуется проведение спинномозговой пункции с проведением общего (клинического) анализа спинномозговой жидкости пациентам с возможной ХВДП (при отсутствии полного соответствия клиническим и электродиагностическим критериям болезни; Приложение А3), при остром дебюте заболевания, а также при подозрении на инфекционный или лимфопролиферативный генез полирадикулонейропатии с целью подтверждения диагноза и проведения дифференциальной диагностики [1, 9, 19, 32-34].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: не рекомендуется проводить диагностическую спинномозговую пункцию, если имеется полное соответствие клиническим и электродиагностическим критериям ХВДП [1]. При ХВДП в 83-95% случаев уровень белка в ЦСЖ повышен при нормальном цитозе <10/мм 3 . Следует корректировать норму уровня белка в ликворе с учетом возраста (>0.5 г/л до 50 лет и >0.6 г/л после 50 лет) [1, 32-34]. Нормальный уровень белка в ликворе не исключает диагноз "ХВДП". При выявлении плеоцитоза >50/мм 3 требуется исключение иных причин неврологических нарушений (нейроинфекций, нейросаркоидоза, злокачественного лимфопролиферативного процесса и др.) [19, 35-36].

Рекомендуется проведение электронейромиографии стимуляционной периферических нервов пациентам с подозрением на ХВДП с целью уточнения уровня поражения периферического нейро-моторного аппарата и характера повреждения нервных волокон [1, 9, 19, 37-40].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 3)

Комментарии: у больных ХВДП при ЭНМГ выявляется генерализованный, чаще симметричный, сенсо-моторный невральный уровень поражения первично демиелинизирующего типа, для которого характерно значительное снижение моторной скорости распространения возбуждения (СРВм), увеличение дистальной латентности моторных ответов, увеличение минимальной латентности F-волн, наличие блоков проведения по двигательным нервам (снижение амплитуды проксимального М-ответа по отношению к дистальному на 30% и более) или патологической темпоральной дисперсии (полифазия и увеличение длительности проксимального моторного ответа на >30% относительно дистального) [1, 37-40]. В Приложении А3 (электродиагностические критерии ХВДП) указан рекомендованный объем нейрофизиологического исследования. Во время проведения ЭНМГ температура кожи должна поддерживаться в области ладони на уровне не ниже 33 С˚ и наружной лодыжки не ниже 30 С˚ [1].

Рекомендуется сопоставлять результаты ЭНМГ-исследования с электродиагностическими критериями ХВДП (EAN/PNS, 2021) с целью повышения достоверности диагностики (Приложение А3) [1, 9, 19, 37].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется проведение ультразвуковое исследование (УЗИ) периферических нервов (одна анатомическая область) и стволов плечевых сплетений пациентам с возможной ХВДП (при отсутствии полного соответствия клиническим и электродиагностическим критериям болезни; Приложение А3) с целью подтверждения диагноза и проведения дифференциальной диагностики [1, 9, 19, 45-50].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 3)

Комментарии: УЗИ периферических нервов и стволов плечевых сплетений входит в поддерживающие критерии диагностики ХВДП (Приложение А3). При ХВДП в 40-80% случаев отмечается увеличение площади поперечного сечения спинальных нервов, стволов плечевых сплетений, периферических нервов вне зон туннелей, а также наличие интраневральных сонографических изменений (увеличение отдельных фасцикул, чередование гипо- и гиперэхогенных увеличенных фасцикул). В Приложении А3 указан рекомендованный минимальный объем сонографического исследования. Результат УЗИ периферических нервов не коррелирует с выраженностью клинических проявлений, а отсутствие изменений не исключает диагноз ХВДП [45-50].

Рекомендуется проведение магнитно-резонансной томографии (МРТ) плечевого или пояснично-крестцового нервных сплетений (величина магнитной индукции >1 Тл, визуализационные изображения в стандартных Т1 и Т2 режимах, а также в режимах STIR и DTI) пациентам с возможной ХВДП (при отсутствии полного соответствия клиническим и электродиагностическим критериям болезни; Приложение А3) с целью подтверждения диагноза и проведения дифференциальной диагностики [1, 9, 19, 41-44].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 4)

Комментарии: МРТ сплетений входит в поддерживающие критерии диагностики ХВДП (Приложение А3). Повышение интенсивности сигнала от стволов плечевого или пояснично-крестцового сплетений в режиме Т2-STIR и DTI и/или гипертрофия (утолщение) спинальных нервов, стволов сплетений выявляется у 44-82% пациентов с ХВДП. Отсутствие изменений при МРТ-исследовании не исключает диагноз ХВДП [4-44].

Рекомендуется проведение биопсии периферического нерва пациентам с возможной ХВДП (при отсутствии полного соответствия клиническим и электродиагностическим критериям болезни; Приложение А3) с целью уточнения диагноза и проведения дифференциальной диагностики [1, 9, 19, 51-55].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 4)

Комментарий: морфологическое исследование нерва входит в поддерживающие критерии диагностики ХВДП (Приложение А3). Проводится биопсия чувствительного нерва (чаще икроножного) [52-54]. Для ХВДП характерны следующие морфологические изменения: образования по типу «луковичных головок», признаки периваскулярного воспаления, сегментарная макрофаг-индуцированная демиелинизация, аксональная дегенерация, ремиелинизация [9, 19, 52-55].

Рекомендуется устанавливать диагноз ХВДП согласно клиническим, электродиагностическим, поддерживающим и иммунологическим критериям (приложение А3), в диагнозе указывать категорию диагноза (приложение А3) [1, 56].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется при постановке диагноза ХВДП по совокупности клинических и параклинических данных определять категорию диагноза EAN/PNS (2021) с целью повышения достоверности диагностики (Приложение А3) [1].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется проводить дифференциальную диагностику с другими неврологическими заболеваниями пациентам с подозрением на ХВДП с целью уточнения диагноза (Приложение А3) [1, 9, 19, 58-61].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется в рамках патогенетической терапии 1 линии назначать пациентам с ХВДП высокодозную внутривенную иммунотерапию (ВВИТ) (раздел 3.1.1) или высокодозную терапию глюкокортикоидами (ГК) (раздел 3.1.2) [1, 19, 27, 62-83].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 1)

Рекомендуется при неэффективности ВВИТ или ГК, проводить высокообъемный терапевтический плазмаферез (ПФ) (раздел 3.1.3) [1, 19, 27, 62-83].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 1)

Комментарий: выше указанные методы патогенетического лечения имеют равнозначный терапевтический эффект в краткосрочной перспективе [1, 9, 19]. При недостаточной эффективности монотерапии или появлении побочных эффектов возможен переход с одного вида терапии первой линии на другой. Допускается комбинация ГК и ВВИГ, ГК и ПФ; возможно внутривенное введение иммуноглобулина нормального человеческого по завершению курса ПФ.

Рекомендуется взвешено подходить к началу лечения, учитывать особенности течения заболевания, с целью достижения максимальной эффективности патогенетической терапии [1, 9, 19].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: при стационарном непрогрессирующем течении болезни, минимальной выраженности неврологического дефицита (INCAT<2) не рекомендуется начинать патогенетическую терапию, оставив пациента под динамическим наблюдением. Патогенетическая терапия показана пациентам с ХВДП при прогрессировании болезни или рецидиве, остром дебюте, при наличии неврологического дефицита, влияющего на передвижение и самообслуживание.

Рекомендуется в выборе метода терапии первой линии отдать предпочтение ВВИТ пациентам с ХВДП, ассоциированной с сахарным диабетом, при вариантах заболевания (мультифокальном, моторном, сенсорном, фокальном), а также при наличии сопутствующих хронических соматических болезней, с целью достижения максимальной эффективности лечения и профилактики побочных эффектов [1, 9, 19].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется оценивать статус активности ХВДП по шкале CDAS (приложение Г5) для определения необходимости в продолжении поддерживающей патогенетической терапии [88].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 4)

Рекомендуется перед проведением стартовой ВВИТ исследование уровня иммуноглобулина A в крови пациентам с ХВДП с целью выявления IgA-иммунодефицита [63-65].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: тяжелые анафилактические реакции при ВВИГ встречаются крайне редко. Чаще они развиваются у пациентов с дефицитом IgA, вызванным наличием антител (IgG или реже IgЕ), которые, взаимодействуя с IgA в препарате ВВИГ, могут вызвать анафилактическую реакцию. Уровень IgA, при котором состояние определяется как IgA-иммунодефицит, составляет в среднем <7 мг/дл (0,07 г/л; 5–10 мг/дл). При показателях уровня IgA выше 7 мг/дл, но в 2 раза ниже нормальных значений, состояние может быть расценено как частичный дефицит IgA. Риск побочных эффектов, связанный с наличием дефицита IgA, не должен рассматриваться как абсолютное противопоказание к проведению терапии. В таких случаях проводится премедикация; внутривенно вводить препарат иммуноглобулина человека нормального**, содержащий наименьшее количество IgA; не превышать рекомендуемую в инструкции скорость введения препарата.

Рекомендуется проведение ВВИТ препаратами иммуноглобулина человека нормального** с содержанием иммуноглобулина класса G не менее 95% в стартовой курсовой дозе 2 г/кг пациентам с ХВДП с целью патогенетической терапии [1, 9, 19, 62, 66-73].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 1)

Комментарии: стартовое внутривенное введение иммуноглобулина человека нормального проводят в условиях круглосуточного стационара в режиме ежедневных инфузий в дозе 0.4 г/кг/сутки в течение 5 дней (суммарно на курс 2 грамма препарата на кг веса пациента) [1, 70].

Рекомендуется после стартового курса проведение 2-5 поддерживающих курсов ВВИТ препаратами иммуноглобулина человека нормального** в дозе 1 г/кг в режиме раз в 3 недели (или ещё одного курса в дозе 2 г/кг через 4 недели после стартового курса) пациентам с ХВДП с целью патогенетической терапии и достоверного определения эффективности ВВИТ [1, 9, 18, 62, 66-73].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 2)

Рекомендуется при эффективности ВВИТ поддерживающая терапия препаратами иммуноглобулина человека нормального** по персонализированным курсовым дозам и схемам введения пациентам с ХВДП, ответившим на стартовую ВВИТ, с целью профилактики рецидива заболевания и поддержания ремиссии [1, 9, 19, 66-70].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: в поддерживающем режиме при ХВДП ВВИГ могут вводиться в условиях круглосуточного или дневного стационара по схемам [1, 9, 19, 70]:

При стабильном состоянии пациента в течение 6-12 месяцев, которое было достигнуто и поддерживается на фоне регулярных повторных инфузий ВВИГ, рекомендовано постепенное снижение дозы и/или увеличение интервала между введениями препарата. В случае ВВИГ-зависимости, когда ремиссия поддерживается регулярной ВВИТ, а при нарушении режима ВВИТ состояние ухудшается, введения ВВИГ проводится максимально длительно [1, 9, 19, 59, 63-70]

Рекомендуется при эффективности ВВИТ поддерживающее подкожное введение #иммуноглобулина нормального человеческого** с содержанием иммуноглобулина класса G не менее 95% по персонализированным курсовым дозам и схемам введения пациентам с ХВДП, ответившим на стартовую ВВИТ, с целью профилактики рецидива заболевания и поддержания ремиссии [84, 85, 86].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: в поддерживающем режиме при ХВДП подкожный иммуноглобулин может вводиться в условиях стационара, амбулаторно или в домашних условиях по схеме [1, 9, 19, 67]: суммарная доза 0.4 г/кг, введение за 1 день, кратность введения – 1 раз в неделю. При неэффективности указанной схемы рекомендуется увеличить дозу и/или снизить кратность введения препарата.

Рекомендуется перед высокодозной терапией ГК проведение исследований: общего (клинического) и биохимического общетерапевтического анализов крови, общего (клинического) анализа мочи, определения антител к бледной трепонеме (Treponema pallidum) и исследования уровня антител классов M, G (IgM, IgG) к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-1/2 и антигена p24 (Human immunodeficiency virus HIV 1/2 + Agp24) в крови, определения антигена (HbsAg) вируса гепатита B (Hepatitis B virus) и антител к вирусу гепатита C (Hepatitis C virus) в крови, регистрации электрокардиограммы (ЭКГ), эзофагогастродуоденоскопии (ЭГДС), рентгенографии легких пациентам с ХВДП с целью выявления противопоказаний к данному методу лечения [1, 9, 19, 27-31, 87].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется лечение пероральными ГК или внутривенное введение препаратов в высоких дозах пациентам с ХВДП с целью патогенетической терапии [1, 19, 62, 74-78].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: в терапии ХВДП используются следующие ГК-препараты и схемы их применения [1, 74, 78]:

#преднизолон** перорально в дозе 1-2 мг/кг/сутки ежедневно или по альтернирующей схеме с чередованием «большой» (1-2 мг/кг) и «малой» (0,5-1 мг/кг) доз в течение 4-6 недель. При достижении клинического эффекта дозу ГК медленно снижают (в среднем, по 5-10 мг #преднизолона** в неделю) в течение нескольких месяцев до минимально поддерживающей дозы или полной отмены препарата [62, 89];
внутривенная введение #метилпреднизолона** в дозе по 1 г ежедневно в течение 3-5 дней (суммарная курсовая доза 3-5 г) с последующим переходом на внутривенное введение #метилпреднизолона** в дозе по 1 г 1 раз в неделю в течение 1 месяца, либо на пероральный прием ГК по вышеуказанной схеме [62, 90];
#дексаметазон** перорально по 40 мг ежедневно 4 дня – раз в месяц, в течение полугода [91].
Рекомендуется профилактика и мониторирование побочных эффектов у пациентов с ХВДП, находящихся на терапии ГК, с целью раннего их выявления и коррекции [87, 92].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: необходим контроль общего (клинического) и биохимического общетерапевтического анализов крови, уровней калия и натрия в крови в первый месяц терапии двукратно, далее ежемесячно. Один раз в 6 месяцев (или по показаниям) проводятся исследования: рентгеноденситометрия поясничного отдела позвоночника и проксимального отдела бедренной кости., ЭГДС, осмотр врача-терапевта, врач-офтальмолога и врача-эндокринолога. На весь срок приема ГК необходимо назначение: препаратов калия; ингибиторов протонного насоса; препаратов кальция в комбинации с витамином D.При приеме ГК требуется строгое соблюдение диеты (стол №9 по Певзнеру), регулярное измерение массы тела и артериального давления на периферических артериях.

Не рекомендуется применение ГК у пациентов с моторной формой ХВДП [1, 9, 19, 25].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: при моторной форме ХВДП ГК-терапия может ухудшить состояние; предпочтительны ВВИТ или введение #ритуксимаба** [1, 25, 93, 94].

Рекомендуется перед ПФ проведение исследований: общего (клинического) и биохимического общетерапевтического анализов крови, общего (клинического) анализа мочи, определения антител к бледной трепонеме (Treponema pallidum) и исследования уровня антител классов M, G (IgM, IgG) к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-1/2 и антигена p24 (Human immunodeficiency virus HIV 1/2 + Agp24) в крови, определения антигена (HbsAg) вируса гепатита B (Hepatitis B virus) и антител к вирусу гепатита C (Hepatitis C virus) в крови, регистрации ЭКГ, ЭГДС, рентгенографии легких пациентам с ХВДП с целью выявления противопоказаний к данному методу лечения [79].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется проведение ПФ с суммарным объемом удаленной плазмы не меньше 140 мл/кг веса пациента за курс лечения пациентам с ХВДП с целью стартовой патогенетической терапии, при невозможности назначить ВВИТ и ГК [80, 95, 97].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: используются гравитационный непрерывный или мембранный (фильтрационный) методы. Сеансы ПФ проводятся через 1-2 дня №3-5. Эффект плазмафереза, как правило, проявляется достаточно быстро, однако его продолжительность не велика (2-4 недели). ПФ предпочтителен при остром начале заболевания или быстром прогрессировании болезни.

Рекомендуется продолжить терапию ГК, ВВИТ или ПФ в поддерживающем режиме пациентам с ХВДП после проведения стартового ПФ с целью достижения ремиссии [1, 98].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарии: ГК или ВВИТ назначаются по выше указанным схемам по завершению курса стартового ПФ. В качестве поддерживающей терапии сеансы ПФ проводятся с частотой 1 раз в 2-4 недели в суммарном объеме удаленной плазмы не менее 140 мл/кг в течение полугода, с дальнейшим увеличением интервала между сеансами индивидуально (до 1 раза в 3-6 месяцев).

Рекомендуется контролировать эффективность патогенетической терапии первой линии пациентам с ХВДП с применением оценки по шкалам NIS, INCAT, I-RODS и CDAS (см. Приложение Г2-Г5) с целью оценки необходимости коррекции лечения [1, 9, 19, 59, 83, 88, 99 - 103].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: контроль динамики состояния на фоне терапии должен осуществляться с помощью методов объективной оценки (Приложение А3): неврологический осмотр с использованием оценочных шкал (например, Neuropathy Impairment Score/NIS, Inflammatory Neuropathy Cause And Treatment/INCAT, Medical Research Council sum score/MRCss и Inflammatory Rasch-built Overall Disability Scale/I-RODS (Приложение Г1-Г5). Оценка проводится через 4, 8 и 12 недель после начала терапии; по результатам – вывод об эффективности проводимого вида лечения, рассмотрение вопроса о коррекции тактики ведения. При полном отсутствии эффекта или недостаточной эффективности одного метода патогенетической терапии первой линии следует перейти на другой или комбинировать два метода. При неэффективности всех методов патогенетической терапии первой линии (ГК, ВВИГ, ПФ) следует пересмотреть диагноз; исключить ХВДП-подобные полинейропатии, если это не было сделано ранее (см. Приложение А3), комбинировать методы первой и второй линии, перейти на терапию второй линии.

Рекомендуется при выборе препарата второй линии назначать препарат # Ритуксимаб ** пациентам с ХВДП с целью достижения ремиссии [1, 62, 93, 94, 105, 106, 107].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: к линические исследования при ХВДП проводились для препаратов: азатиоприн**, циклоспорин**, циклофосфамид**, метатрексат**, ритуксимаб**, микофенолата мофетил**, интерферон бета-1а**. На момент разработки данных рекомендаций не существует исследований с достаточным уровнем доказательности для назначения того или иного препарата. Выбор препарата 2 линии индивидуален [1, 104, 105].

Имеются убедительные доказательства эффективности # Ритуксимаба ** в терапии рефрактерных форм ХВДП [97], однако контролируемых исследований к настоящему времени не проведено.

#Ритуксимаб**: внутривенное введение по следующим схемам: по 375 мг/м 2 один раз в неделю в течение 4 недель; или в дозе 1 г/м 2 один раз в 2 недели №2; или по 375 мг/м 2 однократно каждые 6 месяцев. Препарат вводится в условиях стационара, за 30 минут до инфузии необходимо провести премедикацию: внутримышечное введение #дифенгидрамина, внутримышечное введение #дексаметазона** внутримышечно, #парацетамол** перорально, согласно инструкции к препарату. Побочные явления: инфузионные реакции, цитопения, аллергические реакции, инфекции [93, 94, 107-109].

Не рекомендуется при ХВДП назначать препараты алемтузумаб**, бортезомиб**, этанерцепт**, фампридин, флударабин**, абатацепт**, натализумаб** и такролимус** [1, 61, 105, 106].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Рекомендуется коррекция болевого синдрома пациентам с ХВДП с целью улучшения качества жизни [1, 110 - 112].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарии: при ноцицептивной боли пациентам с ХВДП назначаются нестероидные противовоспалительные и противоревматические препараты и/или другие анальгетики и антипиретики согласно инструкции к препаратам. Наличие нейропатического болевого синдрома у пациента с подозрением на ХВДП требует проведения дифференциального диагноза с нейропатиями другого генеза (Приложение А3). В соответствии с рекомендациями EFNS по лечению нейропатической боли назначается препарат из терапии первой линии (монотерапия или комбинация): неселективные ингибиторы обратного захвата моноаминов, противоэпилептические препараты (габапентин), другие антидепрессанты (дулоксетин) [113].

Рекомендуется соблюдать правила ухода за малоподвижными пациентами в случае тяжелого течения ХВДП с целью профилактики осложнений [1, 9, 19, 62, 115, 116].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 4)

Комментарии: необходимы профилактика пролежней, гипостатической пневмонии, контрактур, вторичных инфекционных осложнений, тромбозов глубоких вен и тромбоэмболии легочной артерии.

Рекомендуется проведение медицинской реабилитации всем пациентам с ХВДП с целью улучшения двигательной функции и качества жизни [1, 62, 116-118].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 4)

Комментарий: необходим комплексный подход, сочетающий лечебную физкультуру (ЛФК) с использованием аппаратов и тренажеров при заболеваниях периферической нервной системы, физиолечение, процедуры по адаптации к условиям макросреды и клинико-психологическую адаптацию в соответствии с функциональным дефицитом пациента, применение вспомогательных устройств и технических средств (ортезы, дополнительная опора и т.п.), психологическую поддержку. Процесс реабилитации больных с ХВДП должен осуществляться непрерывно в поддерживающем режиме.

Рекомендуются занятия ЛФК всем пациентам с ХВДП с целью улучшения двигательной функции и качества жизни [1, 9, 62, 117].

Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств – 3)

Комментарии: занятия ЛФК проводятся под контролем инструктора-методиста по лечебной физкультуре в режиме – по 60 минут 3 раза в неделю в течение не менее 12 недель.

Рекомендуются аэробные и силовые упражнения пациентам со стабильным течением ХВДП, находящихся на поддерживающей патогенетической терапии или в ремиссии, с целью увеличения мышечной силы и аэробной выносливости, уменьшения утомляемости [1, 9, 62, 118].

Уровень убедительности рекомендаций А (уровень достоверности доказательств – 2)

Комментарии: аэробные упражнения выполняются по 20-30 мин 3 раза в неделю в течение не менее 12 недель. Силовые упражнения выполняются под контролем инструктора по лечебной физкультуре с комфортным для пациента весом, с проработкой основных групп мышц по схеме: 3 подхода по 12 повторений 3 раза в неделю в течение не менее 12 недель.

Рекомендуется при наличии показаний консультация и наблюдение медицинского психолога пациентам с ХВДП с целью коррекции сопутствующих хроническому заболеванию депрессии и тревоги, развитие которых обусловлено инвалидизацией, длительным приемом ГК [119 - 121].

Уровень убедительности рекомендаций C (уровень достоверности доказательств – 5)

Методы санаторно-курортного лечения при ХВДП не разработаны [1,9]. В соответствии с приказом Министерства здравоохранения РФ от 31 мая 2021 г. №557н «Об утверждении классификации природных лечебных ресурсов, медицинских показаний и противопоказаний к их применению в лечебно-профилактических целях» применение природных лечебных ресурсов при ХВДП не показано [125]. В случае наличия у санаторно-курортной организации лицензии на медицинскую реабилитацию:

Рекомендуется проведение медицинской реабилитации всем пациентам с ХВДП с целью улучшения двигательной функции и качества жизни [1, 62, 115-118, 123].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий : необходим комплексный подход, сочетающий лечебную физкультуру (ЛФК) с использованием аппаратов и тренажеров при заболеваниях периферической нервной системы, физиолечение, процедуры по адаптации к условиям макросреды и клинико-психологическую адаптацию в соответствии с функциональным дефицитом пациента, применение вспомогательных устройств и технических средств (ортезы, дополнительная опора и т.п.), психологическую поддержку.

Методы профилактики развития ХВДП не разработаны [1, 9, 113].

Рекомендуется диспансерное наблюдение у врача-невролога пациентам с ХВДП с целью оценки динамики заболевания с применением оценки по шкалам INCAT, I-RODS и CDAS (см. Приложение Г2-Г5) и коррекции поддерживающей терапии [1, 9, 19, 88, 100-103, 115].

Уровень убедительности рекомендаций С (уровень достоверности доказательств – 5)

Комментарий: пациентам, получающим патогенетическую терапию с целью её коррекции и мониторинга побочных явлений необходимо посещение врача-невролога с частотой один раз в 1-3 месяца на весь срок проведения терапии. В случае стабильного состояния (ремиссия) возможно посещение врача-невролога один раз в полгода или по необходимости.

По показаниям на любом этапе заболевания рекомендовано проведение экспертизы (исследования) по вопросам утраты профессиональной и общей трудоспособности для установления группы инвалидности.

Показания для госпитализации пациента с ХВДП в медицинскую организацию:
Экстренная госпитализация (круглосуточный стационар) показана всем пациентам с ХВДП с острым или подострым дебютом для проведения дифференциального диагноза с другими полинейропатиями подобного течения (СГБ, порфирийная полинейропатия и т.д.) и патогенетической терапии (ПФ, ГК, ВВИТ); при появлении признаков дыхательной недостаточности, нарушении бульбарных функций, быстром прогрессировании у пациентов с ранее или вновь установленным диагнозом;
Плановая госпитализация (круглосуточный стационар) показана всем пациентам для проведения дифференциальной диагностики с ХВДП-подобными невропатиями, проведения спинномозговой пункции, начальной или поддерживающей патогенетической терапии первой линии (ВВИГ или пульс-терапия ГК), парентеральной патогенетической терапии второй линии в условиях ОРИТ с целью предупреждения обострения и прогрессии заболевания, реабилитационных мероприятий и симптоматической терапии.

Комментарии: поддерживающая патогенетическая терапия первой линии, симптоматическая терапия и реабилитация в остром периоде (или при обострении) также могут осуществляться в дневном стационаре, если у пациента нет нарушений жизненноважных функций и грубого двигательного дефицита (прикован к инвалидному креслу, проходит с опорой не больше 10 м). Реабилитация и симптоматическая терапия, а также терапия ГК в поддерживающем режиме могут проводиться в амбулаторных условиях.

Показания к выписке пациента из медицинской организации:
Выписка пациента из медицинской организации при экстренной госпитализации возможна при выполнении в полном объеме всех необходимых диагностических и лечебно-реабилитационных мероприятий из пунктов 2-4 данных клинических рекомендаций; стабильном удовлетворительном состоянии пациента, сохранных витальных функциях.
Выписка пациента из медицинской организации при плановой госпитализации возможна при выполнении в полном объеме плановой терапии и реабилитационных мероприятий; стабильном удовлетворительном состоянии пациента, сохранных витальных функциях.

Показания к медицинской реабилитации в санаторно-курортных организациях:
В случае наличия у санаторно-курортной организации лицензии на медицинскую реабилитацию, медицинская помощь пациентам с ХВДП организуется в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения российской Федерации от 31 июля 2020 г. №788н "Об утверждении Порядка организации медицинской реабилитации взрослых" [127].

Отдельные исследования показали, что наиболее значимыми факторами, влияющими на исход ХВДП, являются морфологические признаки активной демиелинизации большого числа нервных волокон и их аксональная дегенерация, лежащая в основе инвалидизации [122].
Ранняя постановка диагноза и инициация патогенетической терапии по рекомендованным схемам предупреждает развитие аксональной дегенерации и, таким образом, ассоциирована с меньшей инвалидизацией [123-125].
Тяжелый неврологический дефицит и прогрессирующее течение, сопутствующие соматические нарушения и сопутствующие болезни ЦНС, пожилой возраст в дебюте ХВДП являются неблагоприятными прогностическими факторами [122], в то время как подострое начало, симметричность изменений, отсутствие мышечных атрофий, ответ на терапию ГК в дебюте ХВДП, а также преимущественно дистальный паттерн вовлечения периферических нервов по данным ЭНМГ в начале болезни ассоциируются с благоприятным пятилетним прогнозом [123-125].
Больше 70-80% пациентов отвечают на патогенетическую терапию первой линии [1, 9, 19, 59], во многих случаях удается достичь стойкой медикаментозной ремиссии, однако при долгосрочном наблюдении в большинстве случаев возможна инвалидизация разной степени выраженности, при этом 28% пациентов нуждаются во вспомогательных средствах передвижения [123].

Van den Bergh PYK, van Doorn PA, Hadden RDM, et al. European Academy of Neurology/Peripheral Nerve Society guideline on diagnosis and treatment of chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy: Report of a joint Task Force-Second revision. J Peripher Nerv Syst. 2021 Sep;26(3):242-268.
Toyka KV, Gold R. The pathogenesis of CIDP: rationale for treatment with immunomodulatory agents. Neurology. 2003 Apr 1;60(8 Suppl 3):2-7.
Lewis R. A. Chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy //Neurologic clinics. – 2007. – Т. 25. – №. 1. – С. 71-87.
Cornblath D. R. et al. Quantitative analysis of endoneurial T-cells in human sural nerve biopsies //Journal of neuroimmunology. – 1990. – Т. 26. – №. 2. – С. 113-118.
Schmidt B. et al. Inflammatory infiltrates in sural nerve biopsies in Guillain-Barré syndrome and chronic inflammatory demyelinating neuropathy //Muscle & Nerve: Official Journal of the American Association of Electrodiagnostic Medicine.–1996.–Т.19. – №.4. – С.474-487.
Pollard J. D. et al. Activated T cells of nonneural specificity open the blood nerve barrier to circulating antibody //Annals of Neurology: Official Journal of the American Neurological Association and the Child Neurology Society. – 1995. – Т. 37. – №. 4. – С. 467-475.
Dalakas M. C., Engel W. K. Immunoglobulin and complement deposits in nerves of patients with chronic relapsing polyneuropathy //Archives of neurology. – 1980. – Т. 37. – №. 10. – С. 637-640.
Mathey E. K. et al. Chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy: from pathology to phenotype //J Neurol Neurosurg Psychiatry.–2015.–Т. 86.–№. 9. – С. 973-985.
Dyck P. J. B., Tracy J. A. History, diagnosis, and management of chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy //Mayo Clinic Proceedings. – Elsevier, 2018. – Т. 93. – №. 6. – С. 777-793.
Querol L. et al. Antibodies to contactin-1 in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy //Annals of neurology. – 2013. – Т. 73. – №. 3. – С. 370-380.
Doppler K. et al. Destruction of paranodal architecture in inflammatory neuropathy with anti-contactin-1 autoantibodies //J Neurol Neurosurg Psychiatry. – 2015. – Т. 86. – №. 7. – С. 720-728.
Querol L. et al. Neurofascin IgG4 antibodies in CIDP associate with disabling tremor and poor response to IVIg //Neurology. – 2014. – Т. 82. – №. 10. – С. 879-886.
Uncini A., Vallat J. M. Autoimmune nodo-paranodopathies of peripheral nerve: the concept is gaining ground //J Neurol Neurosurg Psychiatry. – 2018. – Т. 89. – №. 6. – С. 627-635.
Delmont E. et al. Autoantibodies to nodal isoforms of neurofascin in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy //Brain. – 2017. – Т. 140. – №. 7. – С. 1851-1858.
Broers M.C., Bunschoten C. Incidence and Prevalence of Chronic Inflammatory Demyelinating Polyradiculoneuropathy: A Systematic Review and Meta-Analysis. Neuroepidemiology 2019;52:161–172
Rajabally Y.A., Simpson B.S., Beri S. et al. Epidemiologic variability of chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy with different diagnostic criteria: study of a UK population. Muscle Nerve 2009;39(4):432–8.
Попова Т.Е., Шнайдер Н.А., Петрова М.М., Николаева Т.Я., Кантимирова Е.А. Эпидемиология хронической воспалительной демиелинизирующей полиневропатии за рубежом и в России. Нервно-мышечные болезни. 2015;5(2):10-15. [Popova T.E., Shnayder N.A., Petrova M.M., Nikolaeva T.Y., Kantimirova E.A. Epidemiology of chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy abroad and in Russia. Neuromuscular Diseases. 2015;5(2):10-15. (In Russ.)].
Супонева Н.А, Никитин С.С., Пирадов М.А., Меркулова Д.М. Хроническая воспалительная демиелинизирующая полиневропатия с острым началом и дыхательной недостаточностью. Нервные болезни 2007;(1):40–4. [Suponeva N.A., Nikitin S.S., Piradov M.A., Merkulova D.M. Chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy with acute onset and respiratory failure. Nervnye bolezni = Nervous Diseases 2007;(1):40–4. (In Russ.)].
Lehmann H. C., Burke D., Kuwabara S. Chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: update on diagnosis, immunopathogenesis and treatment //J Neurol Neurosurg Psychiatry. – 2019. – С. jnnp-2019-320314.
Viala K. et al. A current view of the diagnosis, clinical variants, response to treatment and prognosis of chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy //Journal of the peripheral nervous system. – 2010. – Т. 15. – №. 1. – С. 50-56.
Rajabally Y. A., Chavada G. Lewis–Sumner syndrome of pure upper-limb onset: Diagnostic, prognostic, and therapeutic features //Muscle & Nerve: Official Journal of the American Association of Electrodiagnostic Medicine. – 2009. – Т. 39. – №. 2. – С. 206-220.
Ayrignac X. et al. Sensory chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: an under-recognized entity? //Muscle & nerve. – 2013. – Т. 48. – №. 5. – С. 727-732.
Katz J. S. et al. Distal acquired demyelinating symmetric neuropathy //Neurology. – 2000. – Т. 54. – №. 3. – С. 615-615.
Ruts L. et al. Distinguishing acute-onset CIDP from fluctuating Guillain-Barre syndrome: a prospective study //Neurology. – 2010. – Т. 74. – №. 21. – С. 1680-1686.
Kimura A, Sakurai T, Koumura A et al. Motor - dominant chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. JNeurol. 2010;257(4):621-9.
Devaux J. J. et al. Neurofascin-155 IgG4 in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy //Neurology. – 2016. – Т. 86. – №. 9. – С. 800-807.
Roach С., Pasnoor М. et al. Evaluation of CIDP Diagnostic Criteria and Treatment Responses. Neurology Apr 2016, 86 (16 Supplement) P3.141
Rajabally YA, Nicolas G, Piéret F, Bouche P, Van den Bergh PY. Validity of diagnostic criteria for chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: a multicentre European study. J Neurol Neurosurg Psychiatry. 2009 Dec;80(12):1364-8.
Viala K., Maisonobe T. A current view of the diagnosis, clinical variants, response to treatment and prognosis of chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. J Neurol Neurosurg Psychiatry. 2009 Dec;80(12):1364-8.
Gorson K.C. An update on the management of chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy // Ther. Adv. Neurol. Disord. 2012. Vol 5. P. 359-373
Neal J.W., Gasque P. The role of primary infection of Schwann cells in the aetiology of infective inflammatory neuropathies // Journal of Infection. 2016. 73(5): 402-418.
Breiner A., Bourque P.R., Allen J.A. Updated cerebrospinal fluid total protein reference values improve chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy diagnosis. Muscle Nerve. 2019 Aug;60(2):180-183
Breiner A, Moher D, Brooks J, Cheng W, Hegen H, Deisenhammer F, McCudden CR, Bourque PR. Adult CSF total protein upper reference limits should be age-partitioned and significantly higher than 0.45 g/L: a systematic review. J Neurol 2019;266(3):616-624.
Lucke, I. M., Peric, S., van Lieverloo et al. (2018). Elevated leukocyte count in cerebrospinal fluid of patients with chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. Journal of the Peripheral Nervous System, 23(1), 49–54.
Allen J.A., Lewis R.A. CIDP diagnostic pitfalls and perception of treatment benefit. Neurology. 2015 Aug 11;85(6):498-504.
Brannagan T. H. Current diagnosis of CIDP: the need for biomarkers. Journal of the Peripheral Nervous System; 2011- 16, 3–13.
Rajabally YA, Jacob S, Hbahbih M. Optimizing the use of electrophysiology in the diagnosis of chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: a study of 20 cases. J Peripher Nerv Syst 2005; 10: 282–292
Sumner AJ (1994). Electrophysiology of the inflammatory demyelinating polyneuropathies. Baillieres Clin Neurol 3:25–43
Rajabally YA, Narasimhan M. Distribution, clinical correlates and significance of axonal loss and demyelination in chronic in flammatory demyelinating polyneuropathy. Eur J Neurol. 2011 Feb;18(2):293-9.
Rajabally YA, Jacob S. Proximal nerve conduction studies in of chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Clin Neurophysiol 2006; 117: 2079–2084
Tanaka K, Mori N, Yokota Y, Suenaga T. MRI of the cervical nerve roots in the diagnosis of chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy: a single - institution, retrospective case -control study. BMJ Open 2013; 3: e003443
Tazawa K., Matsuda M., Yoshida T. et al. Spinal nerve root hypertrophy on MRI: clinical significance in the diagnosis of chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Intern Med. 2008;47(23):2019-24.
Lozeron P, Lacour MC, Vandendries C, et al. Contribution of plexus MRI in the diagnosis of atypical chronic inflammatory demyelinating polyneuropathies. J Neurol Sci 2016; 360: 170–75
Kronlage M, Bäumer P, Pitarokoili K, et al. Large coverage MR neurography in CIDP: diagnostic accuracy and electrophysiological correlation. J Neurol 2017; 264: 1434–43
Goedee H.S., Brekelmansa G.J.F., van Asseldonkb J.T.H. et al. High resolution sonography in the evaluation of the peripheral nervous system in polyneuropathy – a review of the literature. European Journal of Neurology 2013, 20: 1342–1351.
Kerasnoudis A, Pitarokoili K., Haghikia A. et al. Nerve ultrasound protocol in differentiating chronic immune-mediated neuropathies. Muscle Nerve, 2016; 54:5; 864-871.
Pitarokoili K, Kronlage M, Baumer P, et al. High-resolution nerve ultrasound and magnetic resonance neurography as complementary neuroimaging tools for chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. Ther Adv Neurol Disord 2018; 11: 1756286418759974
Zaidman C.M., Harms M.B., Pestronk A. Ultrasound of inherited vs. acquired demyelinating polyneuropathies. J Neurol. 2013; 260(12):3115-21.
Padua L., Granata G., Sabatelli M. et al. Heterogeneity of root and nerve ultrasound pattern in CIDP patients. Clin. Neurophysiol, 2014;125:160–165.
Grimm A, Schubert V, Axer H, Ziemann U. Giant nerves in chronic inflammatory polyradiculoneuropathy. Muscle Nerve. 2017 Feb;55(2):285-289.
Devic P, Petiot P Diagnostic utility of somatosensory evoked potentials in chronic polyradiculopathy without electrodiagnostic signs of peripheral demyelination. Muscle Nerve. 2016 Jan;53(1):78-83.
Kulkarni GB, Mahadevan A, Taly AB, Nalini A, Shankar S K. Sural nerve biopsy in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: Are supportive pathologic criteria useful in diagnosis? Neurol India 2010;58:542-8
Bosboom WM1, van den Berg LH, Franssen H, Giesbergen PC, Flach HZ, van Putten AM, Veldman H, Wokke JH. Diagnostic value of sural nerve demyelination in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. Brain. 2001 Dec;124(Pt 12):2427-38
Mathis S., Magy L., Le Masson G. et al. Value of nerve biopsy in the management of peripheral neuropathies, Expert Review of Neurotherapeutics 2018;18(7):589-602.
Marek T, Howe BM, Amrami KK, Spinner RJ. From targeted fascicular biopsy of major nerve to targeted cutaneous nerve biopsy: implementing clinical anatomy can catalyze a paradigm shift. Clin Anat 2018; 31:616–621.
Пирадов М.А., Супонева Н.А., Гришина Д.А. / Полинейропатии: алгоритмы диагностики и лечения - Москва: Горячая линия - Телеком, 2019. 248 с.
Пирадов М.А., Супонева Н.А., Гришина Д.А., Павлов Э.В. / Электронейромиография: алгоритмы и рекомендации при полинейропатиях – Москва: Горячая линия – Телеком, 2021. 198 с.
French CIDP Study Group. Recommendations on diagnostic strategies for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. J Neurol Neurosurg Psychiatry. 2008 Feb;79(2):115-8.
Hend Azhary , Muhammad U., Farooq M.U., Bhanushali M. et al. Peripheral neuropathy: differential diagnosis and management // Am Fam Physician. 2010; 81 (7): 887–892.
Imreova H., Pura M. Differential diagnosis of peripheral neuropathy // Cas Lek Cesk. 2005; 144 (9): 628–635.
Ann Noelle Poncelet. An Algorithm for the evaluation of peripheral neuropathy. Am Fam Physician. 1998;57(4):755-764.
Oaklander AL, Lunn MPT, Hughes RAC, van Schaik IN, Frost C, Chalk CH. Treatments for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy (CIDP): an overview of systematic reviews. Cochrane Database of Systematic Reviews 2017, Issue 1. Art. No.: CD010369.
Perez E. E., Orange J. S., Bonilla F. et al. Update on the use of immunoglobulin in human disease: a review of evidence. J Allergy Clin Immunol 2017;139(3):S1–S46.
Elovaara I, Apostolski S, van Doorn P, et al. EFNS guidelines for the use of intravenous immunoglobulin in treatment of neurological diseases: EFNS task force on the use of intravenous immunoglobulin in treatment of neurological diseases. Eur J Neurol 2008; 15: 893–908
Rachid R., Bonilla F. A. The role of anti-IgA antibodies in causing adverse reactions to gamma globulin infusion in immunodeficient patients: a comprehensive review of the literature. J Allergy Clin Immunol 2012;129(3):628–34.
van Doorn PA, Brand A, Strengers PF, Meulstee J, Vermeulen M. High-dose intravenous immunoglobulin treatment in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: a double-blind, placebo-controlled, crossover study. Neurology 1990; 40: 209–212
Vermeulen M, van Doorn PA, Brand A, Strengers PFW, Jennekens FGI, Busch HFM. Intravenous immunoglobulin treatment in patients with chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: a double blind, placebo controlled study. J Neurol Neurosurg Psychiatry 1993; 56: 36–39
Hahn AF, Bolton CF, Zochodne D, Feasby TE. Intravenous immunoglobulin treatment (IVIg) in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy (CIDP): a double-blind placebo-controlled cross-over study. Brain 1996; 119: 1067–1078
Mendell JR, Barohn RJ, Freimer ML, et al. Randomized controlled trial of IVIg in untreated chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Neurology 2001; 56: 445–449
Eftimov F, Winer JB, Vermeulen M, de Haan R, van Schaik IN. Intravenous immunoglobulin for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Cochrane Database Syst Rev 2009; 1: CD001797
Hughes RA, Donofrio P, Bril V, et al. Intravenous immune globulin (10% caprylate chromatography purified) for the treatment of of chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy (ICE study): a randomized placebo-controlled trial. Lancet Neurol 2008; 7: 136–144
Merkies IS, Bril V, Dalakas MC, et al. Health-related quality-of-life improvements in CIDP with immune globulin IV 10%: the ICE Study. Neurology 2009; 72:1337–1344
Hughes, R., Bensa, S., Willison, H., Van Den Bergh et al. (2001). Randomized controlled trial of intravenous immunoglobulin versus oral prednisolone in chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Annals of Neurology, 50(2), 195–201
Hughes RA, Mehndiratta MM, Rajabally YA. Corticosteroids for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Cochrane Database Syst Rev. 2017 Nov 29;11:CD002062.
van Lieverloo GGA, Peric S, Doneddu PE, Gallia F, Nikolic A, Wieske L, Verhamme C, van Schaik IN, Nobile-Orazio E, Basta I, Eftimov F. Corticosteroids in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy : A retrospective, multicentre study, comparing efficacy and safety of daily prednisolone, pulsed dexamethasone, and pulsed intravenous methylprednisolone. J Neurol. 2018 Sep;265(9):2052-2059.
Eftimov F, Vermeulen M, van Doorn PA, Brusse E, van Schaik IN. PREDICT. Long-term remission of CIDP after pulsed dexamethasone or short-term prednisolone treatment. Neurology 2012; 78(14):1079–84.
Molenaar DS, van Doorn PA, Vermeulen M. Pulsed high dose dexamethasone treatment in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: a pilot study. J Neurol Neurosurg Psychiatry 1997; 62: 388–390
Press R, Hiew FL, Rajabally YA. Steroids for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy: evidence base and clinical practice. Acta Neurol Scand. 2016 Apr;133(4):228-38.
Cortese I, Chaudhry V, So YT, Cantor F, Cornblath DR, RaeGrant A. Evidence-based guideline update: plasmapheresis in neurologic disorders: report of the Therapeutics and Technology Assessment Subcommittee of the American Academy of Neurology. Neurology 2011;76(3):294-300.
Mehndiratta MM, Hughes RA, Pritchard J. Plasma exchange for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Cochrane Database Syst Rev. 2015 Aug 25;(8):CD003906
Pham HP, Schwartz J. Therapeutic Plasma Exchange in Guillain-Barre Syndrome and chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Presse Med. 2019 Nov;48(11 Pt 2):338-346.
Hahn AF, Bolton CF, Pillay N, et al. Plasma-exchange therapy in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy (CIDP): a double-blind, sham-controlled, cross-over study. Brain 1996; 119: 1055–1066
Al-Zuhairy A, Sindrup SH, Andersen H, Jakobsen J. A population-based study of long-term outcome in treated chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. Muscle Nerve. 2020 Mar;61(3):316-324.
van Schaik IN, Bril V, van Geloven N et al. PATH study group. Subcutaneous immunoglobulin for maintenance treatment in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy (PATH): a randomised, double-blind, placebo-controlled, phase 3 trial. Lancet Neurol. 2018;17(1):35-46.
Racosta JM, Sposato LA, Kimpinski K. Subcutaneous versus intravenous immunoglobulin for chronic autoimmune neuropathies: A meta-analysis. Muscle Nerve. 2017 Jun;55(6): 802-809.
van Schaik IN, Mielke O, Bril V et al. PATH study group. Long-term safety and efficacy of subcutaneous immunoglobulin IgPro20 in CIDP: PATH extension study. Neurol Neuroimmunol Neuroinflamm. 2019; 6(5): e590.
Moghadam-Kia S, Werth VP. Prevention and treatment of systemic glucocorticoid side effects. Int J Dermatol. 2010; 49(3): 239-48.
Albulaihe H, Alabdali M, Alsulaiman A. et al. Disease activity in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. J Neurol Sci. 2016; 369 (10): 204-209.
Супонева Н. А., Наумова Е. С., Гнедовская Е. В. Хроническая воспалительная демиелинизирующая полинейропатия у взрослых: принципы диагностики и терапия первой линии. Нервно-мышечные болезни. 2016; 6 (1): 44-53.
Lopate G., Pestronk A., Al-Lozi M. Treatment of chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy with high-dose intermittent intravenous methylprednisolone. Archives of neurology. 2005; 62 (2): 249-254. Schaik IN, Eftimov F, Doorn PA, Brusse E, Berg LH, Pol WL, et al. Pulsed high‐dose dexamethasone versus standard prednisolone treatment for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy (PREDICT study): a double‐blind, randomised, controlled trial. Lancet Neurology 2010;9(3):245‐53.
Антонова К.В., Супонева Н.А., Щербакова Н.И. и др. Глюкокортикоидиндуцированный остеопороз у неврологических больных: мероприятия по профилактике и лечению. Нервно-мышечные болезни. 2017; 7(2):10-20.
Hu J, Sun C, Lu J et al. Efficacy of rituximab treatment in chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy: a systematic review and meta-analysis. J Neurol. 2022; 269(3): 1250-1263.
Chaganti S, Hannaford A, Vucic S. Rituximab in chronic immune mediated neuropathies: a systematic review. Neuromuscul Disord. 2022; 32(8) :621-627.
Maisonobe T, Jaccard A. [Chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy (CIDP) revealing an associated disease diagnostic and therapeutic pitfalls]. Rev Neurol (Paris). 2007 Sep;163 Spec No 1:3S61-7.
Dyck P.J., Daube J., O"Brien P. Plasma Exchange in Chronic Inflammatory Demyelinating Polyradiculoneuropathy. N Engl J Med 1986; 314(2): 461-465.
Boedecker S.C., Luessi F., Engel S. Immunoadsorption and plasma exchange—Efficient treatment options for neurological autoimmune diseases. Journal of Clinical Apheresis. 2022; 37 (1): 70-81.
Guptill JT, Runken MC, Eaddy M, Lunacsek O, Fuldeore RM. Treatment Patterns and Costs of Chronic Inflammatory Demyelinating Polyneuropathy: A Claims Database Analysis. Am Health Drug Benefits. 2019 May;12(3): 127-135.
Mahdi-Rogers M, van Doorn PA, Hughes RA. Immunomodulatory treatment other than corticosteroids, immunoglobulin and plasma exchange for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Cochrane Database Syst Rev. 2013 Jun 14;(6):CD003280.
Арестова А.С., Мельник Е.А., Зайцев А.Б. и др. Шкала «Этиология и лечение воспалительной нейропатии» (Inflammatory Neuropathy Cause and Treatment, INCAT) для оценки степени инвалидизации у больных хронической воспалительной демиелинизирующей полинейропатией: лингвокультурная адаптация в России. Нервно-мышечные болезни. 2021;11(4):26-33.
Merkies I., Schmitz P., van der Meché F., van Doorn P. Psychometric evaluation of a new sensory scale in immune-mediated polyneuropathies. Neurology. 2000; 54(4): 943-949.
Dyck P.J., Sherman W.R., Hallcher L.M. et al. Human diabetic endoneurial sorbitol, fructose, and myo-inositol related to sural nerve morphometry. Annals of Neurology. 1980; 8(6): 590-596.
van Nes S.I., Vanhoutte E.K., van Doorn P.A. et al. Rasch-built Overall Disability Scale (R-ODS) for immune-mediated peripheral neuropathies. Neurology. 2011; 76(4): 337-345.
Cocito D, Grimaldi S, Paolasso I, Falcone Y, Antonini G, Benedetti L, Briani C, Fazio R, Jann S, Matà S, Sabatelli M, Nobile-Orazio E; Italian Network for CIDP Register. Immunosuppressive treatment in refractory chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. A nationwide retrospective analysis. Eur J Neurol. 2011 Dec;18(12):1417-21.
Muley SA, Jacobsen B, Parry G et al. Rituximab in refractory chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. Muscle Nerve. 2020 Jan 10.
MacIsaac J, Siddiqui R, Jamula E, Li N, Baker S, Webert KE, Evanovitch D, Heddle NM, Arnold DM. Systematic review of rituximab for autoimmune diseases: a potential alternative to intravenous immune globulin. Transfusion. 2018 Nov;58(11):2729-2735.
Bjelica B., Peric S., Bozovic I. et al. One-year follow-up study of neuropathic pain in chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Journal of the Peripheral Nervous System. 2019; 24(2): 180-186.
Roux T., Debs R., Maisonobe T. et al. Rituximab in chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy with associated diseases. J Peripher Nerv Syst. 2018; 23(4): 235-240.
Laudati C, Clark C, Knezevic A. et al. Hypersensitivity Reactions: Priming Practice Change to Reduce Incidence in First-Dose Rituximab Treatment. Clin J Oncol Nurs. 2018; 22(4): 407-414.
Swan J.T., Zaghloul H.A., Cox J.E. et al. Use of a pharmacy protocol to convert standard rituximab infusions to rapid infusion shortens outpatient infusion clinic visits. Pharmacotherapy. 2014; 34(7): 686-94.
Kozow L., Pupe C., Nascimento O. Chronic inflammatory demyelinating polyneurophaty: assessment of the cognitive function and quality of life. Arq Neuropsiquiatr 2022; 80(12): 1246-1253.
Bozovic, I., Kacar, A., Peric, S. et al. Quality of life predictors in patients with chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. J Neurol. 2017; 264: 2481–2486.
Michaelides A, Hadden RDM, Sarrigiannis PG, Hadjivassiliou M, Zis P. Pain in Chronic Inflammatory Demyelinating Polyradiculoneuropathy: A Systematic Review and Meta-Analysis. Pain Ther. 2019 Dec;8(2):177-185.
Cruccua G., Sommer C. et al. EFNS guidelines on neuropathic pain assessment: revised 2009. European Journal of Neurology 2010, 17: 1010–1018.
Doneddu P. E., Bianchi E. et al. European Journal of Neurology. Risk factors for chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy (CIDP): antecedent events, lifestyle and dietary habits. Data from the Italian CIDP Database. 2019: 0:1-8
Garssen MP, Bussmann JB, Schmitz PI et al. Physical training and fatigue, fitness and quality of life in Guillain-Barre syndrome and CIDP. Neurology 63(12), 2393–2395 (2004)
Graham RC, Hughes RA, White CM. A prospective study of physiotherapist prescribed community based exercise in inflammatory peripheral neuropathy. J. Neurol. 254(2), 228–235 (2007)
Markvardsen L. H., Overgaard, K., Heje, K., Sindrup, S. H., Christiansen, I., Vissing, J., & Andersen, H. (2018). Resistance training and aerobic training improve muscle strength and aerobic capacity in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. Muscle & Nerve, 57(1), 70–76
Marwale A, Gautam M, Murambikar G, Bhise M, Soni A. Depression with Chronic Inflammatory Demyelinating Polyneuropathy. Indian Journal of Psychological Medicine. 2018;40(6):580-583.
Merkies I.S.J., Kieseier B.C. Fatigue, Pain, Anxiety and Depression in Guillain-Barré Syndrome and Chronic Inflammatory Demyelinating Polyradiculoneuropathy. Eur Neurol (2016) 75 (3-4): 199–206.
Klehmet, J., Tackenberg, B., Haas, J. et al. Fatigue, depression, and product tolerability during long-term treatment with intravenous immunoglobulin (Gamunex® 10%) in patients with chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy. BMC Neurol. 2023; 207.
Harbo T, Andersen H, Jakobsen J. Length-dependent weakness and electrophysiological signs of secondary axonal loss in chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Muscle Nerve 2008; 38(2): 1036-1045
Querol L, Rojas-Garcia R et al. Long-term outcome in chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy patients treated with intravenous immunoglobulin: a retrospective study. Muscle Nerve. 2013 Dec;48(6):870-6. doi: 10.1002/mus.23843. Epub 2013 Sep 11
Bunschoten C., Blomkwist‐Markens, P. H., Horemans, A., Doorn, P. A., & Jacobs, B. C. (2019). Clinical factors, diagnostic delay and residual deficits in chronic inflammatory demyelinating polyradiculoneuropathy. Journal of the Peripheral Nervous System. doi:10.1111/jns.12344
Kuwabara S, Misawa S et al. Long term prognosis of chronic inflammatory demyelinating polyneuropathy: a five year follow up of 38 cases. J Neurol Neurosurg Psychiatry. 2006 Jan; 77(1): 66–70
В соответствии с приказом Министерства здравоохранения РФ от 31 мая 2021 г. №557н «Об утверждении классификации природных лечебных ресурсов, медицинских показаний и противопоказаний к их применению в лечебно-профилактических целях».
Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31 июля 2020 г. №788н "Об утверждении Порядка организации медицинской реабилитации взрослых".